Согласились парни, смотрят: Ван к персиковому дереву пошел. Только он отошел, стражник на них налетел, не стал ни о чем спрашивать, давай всех без разбору лупить. Тут Ван Черный подоспел. Замахнулся на него стражник, а его вдруг кто-то возьми да и схвати за руку. Стал тут стражник самого себя по лицу хлестать: би-би, пай-пай! Больно ему, обе щеки уже вспухли, а он знай хлещет, руку остановить не может.
А парни – кто так на него глядит, кто со смеху покатывается, умора, да и только! Встал стражник на колени, хлещет себя по лицу, а сам о пощаде молит:
– Прости меня! Прости меня! Прости меня! Никогда больше никого бить не буду!
Сказал он так три раза, вдруг слышит – женский голос ему говорит:
– На этот раз прощаю.
Тут только рука у стражника остановилась.
А сам он исчез – струйка дыма под ветром, – в уезд кинулся. Все подробно доложил чиновнику, как говорится, от одного до пяти, от пяти до десяти. Подивился чиновник, велел оборотня немедля схватить и доставить. Не успел Ван камни с тачки свалить, как его связали и в ямынь привезли. Дали сорок палок, в тюрьму бросили.
Узнали про то парни, растревожились, рассердились, а потом тужить стали. Потолковали промеж себя, посоветовались и решили Нефритовую фею найти. Стали они в горы подниматься за камнями и к персиковому дереву поспешили. Подошли к дереву – не знают, что делать. Веткам да листьям про беду не расскажешь. Слышали они от Вана про Нефритовую фею, да не видел ее никто. Тут один из парней закричал громким голосом:
– Выйди к нам, Нефритовая фея! Дело есть! Поговорить с тобой хотим!
Только он это крикнул, как тотчас же раздался голос:
– Погодите, сейчас дверь отопру!
Зашевелились листочки на персиковом дереве, задвигались, в тот же миг увидели парни: дом чистый бирюзой сверкает, а сами они в том доме стоят. Только не стали они дом разглядывать, девушка их своей красотой покорила. Рядом с девушкой туфли лежат недошитые. Тут и думать нечего, сама Нефритовая фея им явилась.
Рассказали они ей все как есть, по порядку.
Растревожилась фея и говорит:
– Не бойтесь, я его выручу.
Сказала она так, блеснула молнией и исчезла.
О ту пору уездный начальник как раз в большом зале сидел, властью своей тешился, приказы отдавал. Вдруг слышит голос с неба:
– Эй ты, продажный чиновник! За что в тюрьму бросил Вана Черного? Это я твоего стражника по лицу хлестала! Что ты со мной сделаешь?
Поднял начальник голову – никого нет. Глаза вытаращил. Помощники его от страха онемели – слова вымолвить не могут.
А тут опять голос с неба:
– Эй вы, волчья стая! Выпустите Вана из тюрьмы, да поживей!
Разобрал тут наконец чиновник, что это женский голос, набрался храбрости и отвечает:
– Эй, кто это кричит там, в небесах?
Рассмеялась фея зло и отвечает:
– Думаешь, побоюсь сказать тебе, кто я? Я Нефритовая фея.
Говорит чиновник:
– Один в уезде господин, один отец родной. Захочу – горой серебро насыпется, захочу – храмы друг подле дружки выстроятся. Ну-ка, покажись, чтоб я на тебя поглядеть мог!
А фея знай потешается над начальником:
– Хэ! Не вижу я никакого чиновника.
– Я самый и есть.