Но Иоганнес понемногу привыкал к новым обстоятельствам. Говорил он совершенно ровным голосом, словно сообщал о вещах, которые его не касаются. Он старался прийти к соглашению с городскими властями. Он что-то нашел для себя в Армаде и даже был готов признать ее своим домом.
«Как у них это получилось? - подумала Беллис - Чем он занимается?»
Последовало холодное молчание, потом она спросила:
- А как другие - вы что-нибудь о них знаете?
- Печальное известие - одним из тех, кто не выдержал испытания в первые дни, был Моллификат, - сказал Иоганнес, и на его лице появилась искренняя печаль.
Население в Армаде смешанное, постоянно меняется, поэтому город превратился в источник множества болезней. Местные уроженцы были народом выносливым, но в каждой партии захваченных оказывались заболевшие, и сколько-то человек непременно умирало.
- До меня дошли слухи, - продолжал Иоганнес, - что наш новенький, мистер Фенек, работает где-то в Саргановых водах или в Ты-и-твой. Сестра Мериопа… - Глаза его вдруг широко раскрылись, он покачал головой. - Сестра Мериопа… Ее держат где-то ради ее же безопасности. Она постоянно угрожает самоубийством. Беллис, - прошептал он, - она беременна.
Беллис закатила глаза.
«Я не могу это слушать», - подумала Беллис. Она говорила ровно столько, чтобы создавать видимость разговора. Ей было одиноко. «Претенциозные тайны и клише. Что дальше? - презрительно подумала она, слушая, как Иоганнес перебирает имена пассажиров и офицеров «Терпсихории». - Вызывавший полное доверие моряк оказался переодетой женщиной, желавшей отправиться в море? Любовь и содомия среди рядовых?»
В тот вечер в Иоганнесе было что-то жалкое - прежде Беллис в нем ничего такого не замечала.
- Откуда вы знаете все это, Иоганнес? - осторожно спросила наконец она. - Где вы были все это время? И чем занимаетесь?
Иоганнес откашлялся и надолго уставился в свой стакан.
- Беллис… - начал он. Тихие ресторанные звуки вокруг него казались очень громкими. - Беллис, я вам могу доверять? - Иоганнес вздохнул и поднял на нее глаза. - Я работаю на Любовников, - сказал он. - Я не хочу сказать, что работаю в квартале Саргановы воды. Я работаю непосредственно на них. У них есть группа исследователей, работающих над весьма… - Он покачал головой, и на лице его появилась довольная улыбка. - Над весьма неординарным проектом. Неординарная возможность. И они пригласили меня, потому что им известны мои прежние работы… Они читали некоторые мои труды и решили, что я мог бы… что они хотят работать со мной.
Беллис поняла, что его переполняет радость. Он был похож на ребенка - ну вылитый ребенок.
- У них есть маги, океанологи, морские биологи. Тот человек - я говорю о том, кто командовал захватом «Терпсихории», об Утере Доуле - тоже в этой команде. Он там центральная фигура. Он философ. Там сейчас работают над несколькими проектами. Это исследования в области криптогеографии и теории вероятностей, а еще… исследование, которое провожу я. Тот, кто руководит этим, обаятельнейший человек. Когда мы тут появились, он был с Любовниками - высокий старик с бородой.
- Я его помню, - сказала Беллис- Он поздоровался с вами.
На лице Иоганнеса отразилось что-то среднее между раскаянием и удовольствием.
- Верно, - сказал он. - Это Тинтиннабулум. Охотник. Он не местный - город нанимает его. Живет он на «Касторе» с семью другими людьми. Это на границе Саргановых вод, Шаддлера и Книжного города… Мы занимаемся просто восхитительной работой, - сказал он, и, видя искреннее блаженство Иоганнеса, Беллис поняла, как Армада завоевала его. - Оборудование старое и ненадежно, аналитические машины - сплошная древность, но тем поразительнее работа. Мне еще несколько месяцев придется догонять их - они ушли далеко вперед, и я учу Соль. Эта работа… она подразумевает чтение самых разных вещей.
Он улыбнулся ей с плохо скрываемой гордостью.
- Мой проект опирается на несколько ключевых научных трудов. Один из них - мой собственный. Можете поверить? Разве это не поразительно? Они собрались со всех уголков света. Из Нью-Кробюзона, из Хадоха. Есть несколько таинственных книг, которых мы не можем найти. Они написаны на рагамоле, соли и луннике… Говорят, что одна из самых важных - на верхнекеттайском. Мы составили список этих книг по ссылкам, найденным в тех публикациях, которые у нас есть. Не могу понять, как им удалось собрать здесь такую фантастическую библиотеку. Половины из этих книг я не мог найти дома…
- Они их воруют, Иоганнес, - сказала Беллис, и он замолчал. - Вот так они и собирают эту библиотеку. Каждый том в ней украденный. С кораблей, из прибрежных городов во время набегов, у людей вроде меня. Мои книги, те, что написала я, у меня украдены. Вот откуда все эти книги.
Беллис чувствовала, как в ней зреет ненависть.
- Скажите мне, - начала было она, но остановилась, затем отпила немного вина, глубоко вздохнула и продолжила: - Скажите мне, Иоганнес, это все очень интересно, разве нет? Во всем этом огромном океане - во всем этом необозримом вонючем океане, - из всего этого огромного числа кораблей они находят один - именно тот, на котором плывет их высокоинтеллектуальный герой…
И снова она увидела в его глазах виноватое выражение вперемешку с восторгом.
- Да, - сказал Иоганнес, тщательно подбирая слова. - Именно так, Беллис. Именно об этом я и хотел с вами поговорить.
Ей вдруг стало ясно, что он сейчас скажет, и от этой уверенности тошнота и отвращение подступили к ее горлу, и тем не менее она все еще симпатизировала ему, искренно симпатизировала и так хотела ошибиться, что не встала и не ушла. Она ждала: вот сейчас он развеет ее опасения, но в то же время была уверена, что этого не случится.
- Это не было совпадением, Беллис, - услышала она. - Не было. У них есть агент в Салкрикалторе. Они получают список пассажиров, едущих в колонии. Они знали о нас. Они знали обо мне.
Дверь открылась и закрылась, закачались бумажные фонарики. С соседнего столика послышался переливчатый смех. Запах тушеного мяса был восхитителен.
- Поэтому-то они и захватили наш корабль. Им нужен был я, - тихо сказал Иоганнес, и Беллис закрыла глаза в знак поражения.
- Ах, Иоганнес, - сказала она срывающимся голосом.