Это:
«3.4.1 “русская баня” (традиционная): Баня с обогревом парильной греющей стеной свода русской печи, при этом разогрев тела потребителя осуществляется в среде насыщенного паром горячего воздуха во время нахождения или дальнейшего перемещения от полока к полоку, расположенному выше.
3.4.2 “турецкая баня” (разновидность римских терм): Баня, отличающаяся наличием нескольких помещений — парильных с разными температурными режимами, каменными полами и лежаками, подогрев которых осуществляется пропусканием горячей воды или пара по встроенным в них каналам. Постепенное прогревание тела потребителя достигается путём перехода из одного жаркого помещения в другое с более высокой температурой.
3.4.3 “финская баня (сауна)”: Баня с парильной в виде камеры сухого жара, где воздух прогревается от печи-каменки, дровяной или электрической. Разогрев тела человека до потоотделения осуществляется постепенно при перемещении с нижнего полока на верхний, где температура воздуха выше. <…>
3.11 банные процедуры: Гигиенические и оздоровительные процедуры для очищения тела человека и поддержания хорошего здоровья.<…>
3.12.4 парильная, жаркое помещение: Помещение в бане или в душевых, где посетитель принимает тепловые процедуры с парением (хлестанием) веником и растиранием кожи или без них.
3.13 полок: Деревянная скамья для лежания или сидения посетителя в жарком помещении или парильне».
В этом стандарте содержится много интересного. Например, не разрешается совмещать в одном здании бани и другие организации, за исключением организаций дополнительных к ним услуг, или вот ещё: «Банные тазы — предметы многоразового пользования для мытья тела и мытья ног — должны отличаться между собой цветом, формой или материалом, из которого они изготовлены, не должны иметь трещин, зазубрин или плохо прикрепленных ручек. Использование деревянных шаек запрещается».
Это, кстати, предусматривалось ещё «Санитарными правилами устройства, оборудования и содержания бань» 1972 года, в которых, кстати, настаивали на металлических тазах, не подозревая о пластиковых и, при отсутствии нынешней очистительной химии, говорилось: «В мыльных и парильных отделениях должна проводиться следующая уборка: металлические тазы протираются мыльно-керосиновой эмульсией (20 г мыла, 100 г керосина на 1 л воды), после чего промываются водой. Этим же способом очищаются и промываются ванны, скамьи в мыльных и парильных моются жесткими щетками с горячей водой и мылом».
Пункт 24-й Санитарных правил гласит:
«Посетителям не разрешается:
а) курить в раздевальных, мыльных и парильных;
б) вносить в мыльные и парильные бутылки, стеклянные предметы и белье;
в) стирать белье» — это след давнишней традиции, описанной Зощенко: «А кругом-то, батюшки-светы, стирка самосильно идёт. Один штаны моет, другой подштанники трет, третий еще что-то крутит.
Только, скажем, вымылся — опять грязный. Брызжут, дьяволы. И шум такой стоит от стирки — мыться неохота. Не слышишь, куда мыло трёшь. Грех один.
«Ну их, — думаю, — в болото. Дома домоюсь». Этот порок побеждён, чего не скажешь о следующем (особенно в женских отделениях):
«г) употреблять различные лекарственные средства (натирание тела мазями и пр.);
д) выносить тазы из мыльной».
Вернёмся к ГОСТУ: «Для охлаждения тела используются бассейны с различной температурой воды — от 10 °C до 35 °C». Определена стандартом и температура в парной: в русской бане — 40°-60°, в турецкой бане — 40°-60°, в финской бане (сауне) 100°-110°.
А современный Строительные нормы и правила (1989) предусматривают строительство бань из расчёта 5 мест на тысячу человек в поселении. Впрочем, в поселениях с благоустроенным жилым фондом эту цифру можно уменьшать до 3 мест, в районах с суровым климатом повышать до 8, а в новых поселениях даже до десяти.
Извините, если кого обидел.
31 мая 2014
Песочница (День защиты детей. 1 июня) (2014-06-01)
Летом Москва пахнет бензином и асфальтом — днём этот запах неприятен, раздирает лёгкие и дурманит голову, но поздним вечером пьянит и дразнит. Город, выдохнув смрад днём, теперь отдыхает.
Проезжает мимо что-что чёрное и лакированное, несётся оттуда ритмичное и бессловесное, на перекрёстке можно почуять запах кожи — от дорогих сидений и дорогих женщин.
Интересно в Москве жарким летом, когда ночь прихлопывает одинокого горожанина, как ведро зазевавшуюся мышь.
Чтобы спрямить дорогу домой, Раевский пошёл через вокзал, где тянулся под путями длинный, похожий на туннель под Ла Маншем, переход.
В переходе к нему подошёл мальчик с грязной полосой на лбу.
— Дядя, — сказал мальчик, — дай денег. А не дашь (и он цепко схватил Раевского за руку), не дашь — я тебя укушу. А у меня СПИД.