– Угу, - промычал Андре, утягивая меня за собой.
Путь до спальни можно было назвать безумством озабоченных людей. Правда, стоило мне ощутить под собой упругую мягкую кровать, как огонь страсти полыхнул еще сильнее. Хотя, казалось, куда уж!
Поцелуи, касания, ласки… От них кружилась голова, и я остервенело добиралась до голого тела Андре. Из моей глотки вырвался натуральный звериный рык торжества, когда он наконец-то вошел в меня. Обхватив Андре ногами за талию, я побуждала его увеличить темп, смутно осознавая, что у него потом от этой хватки могут остаться синяки.
С оборотнем тяжело заниматься любовью, так как в порыве страсти мы можем забыть о превосходстве сил. Но есть и плюсы: например, мы контролируем каждый мускул, а это может лишь подстегнуть удовольствие.
К тому же Андре очень умелый любовник, да и друг к другу мы уже приспособились. Я знаю, что самым тяжелым для него было принять мою доминантность, идущую от зверя. Самки пантер и леопардов в природе сильнее самцов. Поэтому, даже находясь снизу, я контролирую процесс, заставляя Андре терять голову. Но так как он получает полное удовлетворение, то мирится с этим. А я, в свою очередь, порой уступаю ему инициативу. Так что секс выходит просто замечательный. Причем так повелось с самого начала. Пусть это и походило на безумство.
Еще один плюс Андре - на нем все заживает так же быстро, как и на оборотне. Это немаловажно, когда трахаешься с оным. Да, я стараюсь контролировать себя, но иногда увлекаюсь. А я и своими короткими ногтями могу исполосовать не хуже, чем звериными когтями.
Но самый фейерверк чувств случается, когда мой зверь тоже жаждет поучаствовать. И, что странно, единорог Андре научился откликаться на него, хотя они абсолютно разные. Когда это происходит, реальность уплывает куда-то вдаль, и нам уже все равно, что кто-то может частично перекинуться. А от силы, клубящейся вокруг нас, кровь закипает в жилах.
Сегодня было именно так. Когда мы усталые, но довольные, лежали, не в силах разомкнуть объятья, воздух еще потрескивал от остатков ментальной силы, от чего по телу пробегали приятные мурашки.
Нежно целуя меня в висок, Андре пробормотал:
– Каждый раз после наших занятий любовью я удивляюсь, как вообще могу отпускать тебя куда-либо хоть на секунду.
– Это просто послевкусие, - усмехнулась я, покусывая мочку его уха.
– Может быть, - и уже с придыханием, - эй, лучше так не делай.
– Почему? - я пощекотала кончиком языка за ухом.
– Ох! Ты убить меня хочешь, да?
– Почему? - повторила я, продолжая игру.
Короткий стон и чуть придушенный ответ:
– Я же не железный! Но сильно сомневаюсь, что меня хватит на второй раунд.
– Пра-а-авда? - протянула я, напоследок все-таки куснув его за ухо.
– Ты просто ненасытна!
– А что, есть какие-то возражения по этому поводу?
– Нет-нет! Просто у нас… несколько разная физиология, - похоже, он несколько смутился.
– Да ты что? И ты лгал мне все эти годы! - меня потянуло подурачиться.
– Вот такой я коварный тип! - усмехнулся Андре, ловко опрокинув меня на спину. Я взрыкнула, но поддалась.
Мы забавлялись так некоторое время, но где-то очень глубоко в душе меня что-то настораживало, и я усиленно пыталась понять, что именно. Отгадка таилась на дне глаз Андре. Именно там поселилось что-то гнетущее. Такой взгляд был у Андре, когда он винил себя за то, что чуть не убил меня, находясь под чарами.
Перебирая пальцами длинные льняные локоны волос, я спросила:
– Что тебя беспокоит?
– Что? Нет, ничего. Все хорошо, - он улыбнулся почти искренне. Почти.
– Мне бесполезно врать, ты же знаешь. Что-то не так? Для разнообразия можем попробовать и твои проблемы порешать.
– Да никаких проблем, собственно, и нет. Так…
– Пусть так. Говори, как есть!