— Тебе нравится наша речная прогулка? — Андрэ подошёл ко мне, его рука легла мне на плечи. И только сегодня я ему это позволила.
— Да.
— Я рад.
Он уже обнимал меня сзади, погрузив лицо в мои волосы. Стоило бы напомнить, что это уже не совсем по-дружески, но я не стала. Как не хотелось признавать, но мне это нравилось. И было бы самообманом считать, что дело только в гормонах.
В кои-то веки я решила плыть по течению. А уж Андрэ мог вызвать желание, как никто другой. Этого у него не отнимешь. Тут внешний вид полностью соответствовал содержанию. Поэтому не стоит удивляться, что скоро мы вовсю целовались. И дело грозило зайти гораздо дальше, но вдруг ожил мой медальон. Он засветился мягким голубым светом, потом побледнел и стал прежним. Я оторвалась от Андрэ и преисполненным подозрений голосом спросила:
— Твоя работа?
— Нет, клянусь! — он выглядел удивлённым не меньше моего. — Может, ты сама?
— Нет. На мою магию он не реагирует. Вообще не похоже, что медальон предупреждал об опасности.
— Тогда что это было?
— Слушай, всегда думала, что это ты маг и волшебник.
Андрэ улыбнулся и сказал:
— В таком случае разреши мне, как эксперту, предположить, что магии вообще не было. Иначе я бы почувствовал.
— Тогда что это было?
Андрэ пожал плечами.
— Мда. Все чудесатее и чудесатее.
— Что, прости?
— Ты не читал «Алису в стране чудес»?
— Как-то пропустил.
— Эх, как ты мог! — проговорила я с притворным возмущением.
— Каюсь! Завтра же прочту! — самым извиняющимся тоном проговорил Андрэ, но глаза оставались хитрыми-хитрыми.
Тут уж я не выдержала и рассмеялась, а он вслед за мной. Отсмеявшись, я поняла, что мы уже никуда не плывём. Речной трамвай остановился у того самого причала, от которого началось наше путешествие.
— Приехали, — прокомментировала я. Это значит, наш вечер практически кончился. Я почувствовала укол какого-то странного чувства. Сожаление? У меня?
Уже когда мы сели в машину Андрэ (хм, я все ещё не привыкла видеть его за рулём), он спросил:
— Отвезти тебя домой?
— А куда же ещё? — ответила я вопросом на вопрос.
— Ну, могу предложить другую, весьма приятную альтернативу, — его голос вновь стал обволакивающе соблазнительным, причём лицо приобрело выражение полной невинности. Но меня уже так легко не проведёшь. Поэтому я с усмешкой ответила:
— Не стоит быть таким милым.
— Почему? — опять этот невинный взгляд ангела.
— Потому что ничего не выйдет. Меня дома ждёт сестра.
— Вроде бы она не производит впечатления ребёнка, за которым нужен глаз да глаз…