– Наверняка, тебе об этом известно больше остальных.
Никакой издевки в голосе Лайнела не было, скорее глубоко скрытая печаль, и я ответила:
– Да, – стоило вылететь первому слову, как заговорила Ашана: – Мы защита и утешение. Я – мать своего рода, у всех их есть часть меня, и часть их – во мне. Я патра, и есть так.
Вместе с этими словами появилось ощущение логова и многих-многих мохнатых тел, делящихся друг с другом теплом и силой.
Я не заметила, как Крис поднялся со своего места и сел у моих ног, только ощутила, как он потерся подбородком о мое колено, словно находился в зверином облике.
А вот Лайнел, наоборот, поежился, пробормотав:
– Никогда не ощущал такого чувства дома. Даже завидно.
Мы переглянулись с Иветтой, она лишь понимающе кивнула, но в глазах мелькнула грусть. Заметив это, я сказала:
– Думаю, у тебя тоже может получиться подобное.
– Не знаю. Волки куда разрозненнее.
– Но ты единственная в своем роде. Больше таких нет. Попробуй.
Последнего слова я могла не говорить – у Иветты глаза уже словно подернулись инеем, и я ощутила ее силу и услышала слова:
– У волков нет единой матери, но в каждом осталась часть Фенрира. Именно мы понесли ее дальше. Воительницы Одина!
Я видела, как за привычным обликом проступает валькирия, как Ева теснее прижалась к подруге, а Жанна обняла себя за плечи. И Лайнел выглядел очень напряженным. Даже Кайю, кажется, не обошла эта сила. Причем девушка отнеслась к этому спокойнее всех: потянулась и почти свернулась клубочком, прижавшись к своей иште.
– Здорово, – проговорила Ева, когда наваждение прошло. – Это как после охоты всем вместе спать, только круче! Такой подъем сил!
– Я еле сдержалась, чтобы не начать валяться в этой силе, как довольный щенок! – вздохнула Жанна.
– Было же хорошо, – возразила Кайя.
– Но я из другой стаи. Это невежливо.
– В этом… ритуале нет стай, – я постаралась объяснить, как могла. – Есть только сила. Она общая для всех волков, так же, как моя – для всех котов.
– Хочешь сказать, что вы не просто вожаки стай, но, при желании, можете захватить власть над всеми оборотнями? – осведомился Лайнел.
– Ключевое слово тут: при желании. Таких, как мы, для наших видов зверей почти не осталось, – ответила Иветта.
– Даже прародители не могут жить вечно. Хотя я не знаю, как там у змей или других групп, – подтвердила я.
– Мне кажется, вы стараетесь отклониться от темы, – упрямства Лайнелу не занимать.
– Нет. Просто ты не хочешь понять одну простую вещь: нам не нужно мировое господство. Тут со своими бы разобраться. Но это вовсе не значит, что мы будем терпеть какие-либо посигновения, – когда надо, и у меня может быть металл в голосе.
– Я никогда даже не слышал ни о чем подобном! – все-таки стушевался Лайнел, а я еле скрыла ликование.
– Учитывая таланты Лео, по-другому и быть не могло, – решил вмешаться в разговор Тадеуш. – Иначе она уже была бы всем известна.
– Да уж. Не нужна мне никакая слава, – фыркнула я. Мне еще вереницы паломников у дверей не хватало!
– Я только одного не понимаю, – меж тем продолжил рассуждать Некромант. – В тебе есть очень многое, связанное… со способностями. Но откуда веянье смерти? Едва уловимое, но оно есть. У тебя имеются силы и подобные моим?
– Нет. Ничего такого, – я помотала головой, и тут же догадалась, о чем он.
Решив не напускать тумана, я оттянула ворот рубашки и вытащила на всеобщее обозрение хрустальный кулон в виде звезды с черепом в центре, прокомментировав: