— Мам, — лепечу онемевшими губами.
— Я от тебя такого не ожидала, Надежда, — бросает грубо, даже не повернувшись в мою сторону.
Надежда.
Так мама называла меня, если очень сильно разочаровывалась: когда я прогуляла школу, попробовала сигареты и спалилась, задержалась на свидании с мальчиком допоздна. Но сейчас…
— Мамочка, — слезно вскрикиваю я и закрываю лицо ладонями, всхлипываю и дрожу в немой истерике.
— Я думала, что скорее развалится брак легкомысленной и взбалмошной Кати, чем ты так меня разочаруешь! Ты же старшая сестра, пример для подражания!
— Я ни в чем не виновата! Мама, я ничего не сделала! Это Дима!
— Сохранение семьи — задача женщины, Надежда.
Ее слова как пули. Смертельные.
16. Устала…
Мама поворачивается ко мне, а я поджимаю пальцы на ногах до боли. Слезы бегут по лицу, ловлю бледными пересохшими губами воздух.
— Успокойся, — требовательно просит мать, и меня парализует отчаянием. — Сейчас спустится Катя, не нужно ей видеть твои истерики.
Все, как в далеком детстве. Мама ругалась на меня за проступки и наказывала, а потом добивала фразой "ты должна быть мудрой и подавать сестре пример". Зато Катю никогда не ругали. И когда моя сестра тоже попробовала сигареты, в этом обвинили меня! Мол, это я ее научила…
Я устала.
Устала от Кати.
За прошедшие дни я только и делаю, что живу чужой жизнью. Радуюсь за сестру, не даю ей лишнего повода, чтобы нервничать, стараюсь не раскисать и вру, что я впорядке.
Но я далеко не впорядке!
У меня душа сгорела и остались только черные дымящиеся угольки. Мне хочется забиться в угол, спрятаться от всех. Чтобы никто не трогал. Но я же старшая сестра. Я — пример!
— Надя, тебе стоит взвесить, справишься ли ты одна с двумя детьми? Я переживаю за внуков! Да и вспомни, что стало с тетей Ларисой, которая не сумела сохранить брак!
— Не сравнивая меня с ней, прошу, — испуганно лепечу.
— Это мужикам легко! От жены избавились и гуляют! — продолжает мама. — И детей бросают, и забывают, что когда-то женаты были.
— И что ты предлагаешь? В ноги Рогову упасть? Умолять, чтоб со мной остался? — цежу сквозь зубы, а по спине озноб.
— Женщина должна быть мудрой!
— Ну вы чего здесь? — Катя сбегает с лестницы, смотрит на меня пару секунд не моргая, а затем переводит взгляд на маму. — Что произошло?
— Чай будешь? — как ни в чем не бывало улыбается родительница.
— Буду.
— Пойдем на кухню, Наде нужно подумать над своим поведением.
Каждое слово — хлесткая пощечина.
А чего я ждала? Поддержки? Черта с два!
— Мам, ты что Наде наговорила? — слышу шепот Катьки.