— Я знаю.
— Пропустим по стаканчику перед тем, как начать серьезно пить.
Дюк достал стаканы, Джабл налил и провозгласил:
— Выпьем за алкогольное братство, более привычное трепетной человеческой душе, чем всякое другое!
— Ваше здоровье!
Джабл вылил содержимое стакана в рот и крякнул:
— Эх, хорошо! Дюк, предложи Майку выпить на брудершафт, пусть узнает, как хорошо быть человеком. Стакан вина — и ты уже бог! Ближняя! Почему эти девчонки исчезают именно тогда, когда они мне более всего нужны? Ближняя!
— Я ближняя, — сказала Мириам с порога, — но…
— Мы остановились на словах «мой мальчишеский характер».
— Я закончила этот рассказ, пока вы болтали с Генеральным Секретарем.
— Тогда ты больше не ближняя. Отправь его в редакцию.
— Может, прочитаете? Я все равно буду переделывать — после того, как мы с Майком сблизились, я получила новое видение событий.
Джабла передернуло:
— Дитя мое, такие вещи и писать-то грешно, не то что переделывать в угоду прозе жизни. Девочка, правдивый рассказ должен быть выдуман до последней буквы.
— О’кей, босс. Энн зовет всех во двор закусить.
— Это очень кстати. Джентльмены, вы не против?
Общество дружно принялось пить, заедая спиртное рыбой и всякими скандинавскими штучками. Джабл предложил Майку бренди. Тот выпил и вскоре почувствовал возбуждение. Проанализировав причину возбуждения, Майк устранил ее, получив глюкозу из смеси этилового спирта с водой.
Джабл, наблюдавший за воздействием спиртного на организм Человека с Марса, увидел, что тот сначала опьянел, а затем очень быстро полностью протрезвел. Харшоу удивился и предложил Майку еще бренди, от которого тот не смог отказаться: брат предлагает. Джабл влил в Майка внушительное количество бренди, прежде чем понял, что напоить допьяна его нельзя.
Этого нельзя было сказать о самом Харшоу, хоть он был опытным выпивохой. Наблюдая за Майком, он не забывал подливать и себе, поэтому к концу эксперимента стал соображать не так живо, как обычно. Желая выяснить, почему Майк не пьянеет, Джабл задал двусмысленный вопрос, и Майк решив, что его спрашивают об исчезновении солдат Особой Службы (в котором он чувствовал себя виновным), принялся объяснять мотивы своего поведения и извиняться. Когда до Харшоу дошло, о чем парень толкует, он поспешил остановить Майка.
— Сынок, я ничего не хочу знать. Ты все сделал правильно. — Джабл моргал, как сова. — Только не надо мне этого рассказывать. И никому не надо рассказывать.
— Не рассказывать?
— Ни в коем случае. Все было сделано великолепно, и объяснения здесь ни к чему.
— Я не вникаю…
— Я тоже. Поэтому давай выпьем.
Стали прибывать репортеры; Джабл принимал их вежливо, приглашал выпить, закусить и отдохнуть, но к Человеку с Марса не подпускал и сам от ответов на вопросы уклонялся. Самых настырных Ларри и Дюк бросали в бассейн. Некоторые обижались и уходили, а другие отряхивались и снова подступали к Джаблу с вопросами. Тогда их опять бросали в воду.
Уже стемнело, когда к Харшоу подошла Доркас и шепотом сообщила:
— Босс, к телефону.
— Спроси, что передать, и запиши.
— Поговорите лучше сами, босс.
— Ох и отвечу же я! Сейчас так отвечу!