— А где те пеньки-то?
Избор кивнул. Кругом росла трава, не потревоженная человеческой ногой.
— Неужто колдун? — Спросил Гаврила приостанавливаясь. Исин, у которого в брюхе в ответ на кудахтанье уже начало квакать злобно отозвался:
— Сейчас по роже его разберемся, колдун он или так… — Притворяется.
Они миновали загородку из хлипких жердей и вошли во двор. Хозяин встретил их там и, сдерживая откровенную радость, спросил:
— Жрать, небось, хотите?
Гаврила хоть и не ждал такого приема, но сообразил быстро.
— Да не отказались бы… — за всех сразу ответил он. — А если дорого не возьмешь, так и в дорогу у тебя чего прикупили бы…
Хозяин закивал и отскочил в сторону, освобождая проход в горницу. Согнув голову под низкую притолоку Гаврила шагнул внутрь первым. В избе оказалось темновато, зато запахов приятных нашлось в избытке. Пахло щами, кашей и свежим хлебом и еще неожиданно сухими лесными травами.
Избор, шагнувший следом, быстро обежал глазами комнату. Печь, несколько сундуков, стол и две лавки. Спрятаться тут было негде.
— Здрав будь, хозяин… Угости прохожих людей, чем можешь. Мы при деньгах — заплатим…
Он хлопнул ладонью по хазарскому животу и там звякнуло. Хозяин кивнул на лавку и тут же забегал по горнице, засуетился. Из печи пахнуло теплом и на столе, стоявшем вдоль самой длинной стены, появился горшок с каким-то варевом, краюха ржаного хлеба, три ложки. Гаврила положил руки на стол и расслабился, приглядывая за хозяином. Все у того получалось споро, вроде как само собой. Ударивший в окно солнечный луч разлетелся по горнице и высветил под потоком веники из лесных трав. Глядя на них Гаврила спросил:
— Ты не волхв, часом?
— А что?
— На хорошем месте дом поставил. Спокойно у тебя тут как-то… Душа отдыхает.
— Да место тут не простое… — согласился тот. — Вы ешьте, ешьте…
Второй раз никого просить не пришлось. Несколько минут гости торопливо и молча черпали из горшка, задевая ложками за стенки. Проглотив ароматный навар Избор спросил:
— Красивое что ли?
Хозяин осторожно присел напротив, словно боялся помешать их жадности.
— Красивое-то оно красивое…
В каждом слове его сквозило сомнение, словно он и сам не знал ответов на простые вопросы. Тогда они перестали разговаривать и навалились на горшок. Несколько минут не было слышно ничего кроме тупого стука ложек по стенкам и треска за богатырскими ушами. Хозяин нетерпеливо прохаживаясь взад-вперед ждал, когда они закончат.
— Ну, поели, богатыри?
— Почему «богатыри» — отдуваясь спросил Избор. — Знаешь нас, что ли?
— По повадке вижу…. Поели?
— Не торопи, хозяин, — остановил его Исин, отправляя в рот кусок хлеба. — Мы, только Боги знают, сколько не емши прошли… Погоди.
Хозяин в нетерпении прошелся перед столом туда-сюда.
— А чего тебе от нас нужно-то, — спросил Избор. — Ты, я смотрю, у себя в дому места себе не найдешь.
— Я обычай знаю! — невпопад сказал хозяин. — Я вас напоил, накормил?
— Ну вроде да…
На всякий случай Исин пододвинул к себе поближе горшок со щами и подхватил ломоть хлеба потолще, подумав, что тот сейчас же бросится все убирать, но ошибся.