— Доспехи на нас одинаковые…
Теперь они руками они щупали себя, а глазами — друг друга.
— Выходит одному хозяину служим… — сказал хазарин.
Гаврила кивнул. Чтобы утвердиться в этой мысли еще раз посмотрел на застежки доспехов и отрицательно покачал головой.
— Нет. Доспехи с чужого плеча… Тот, что их до меня носил меня пошире будет…
— Был, наверное… — поправил его Избор. — Думаешь он их добром отдал? Вон как посечено.
Они замолчали, стараясь уложить в головах происходящее.
— По моим мыслям — сказал наконец Гаврила, — получается, что мы все вместе еще вчера куда-то ехали…
— А перед этим все вместе дрались, — напомнил Избор.
— Ну, это совсем не обязательно, — влез хазарин. — Мы могли доспехи эти и купить…
Избор покачал головой.
— Я чужого носить не люблю. Так если только…. По необходимости… Если другого выхода нету. Кстати…
Вспомнив о чем-то он провел руками по поясу.
— Да и на какие шиши покупать? У меня ни серебра, ни золота.
— Может потому и нет, что все на доспехи потратил? — сказал хазарин. — К тому же у тебя кинжал с камнями.
— Тем более мог бы новые доспехи справить.
Гаврила надолго задумался, а потом скомандовал:
— Вытряхивай все что есть…вынимай все. И мешок вытряхивай….
И первым начал снимать с себя все что можно…
— Зачем? — спросил хазарин.
— Может быть что каждый поодиночке забыл, то втроем припомним.
Не задерживаясь Избор тут же опрокинул на траву мешок. Оттуда выпали несколько клубков тетивы, мешочек с наконечниками стрел, кремень с огнивом и горсть бывшего когда-то съедобным мусора — крошки корочки, кусочки мяса. Гаврила подхватил мешочек, привычно ловко развязал ремешки, стягивавшие горловину, высыпал на ладонь несколько наконечников, осмотрел их, понюхал даже, и недоуменно пожал плечами.
— Не узнал? — разочарованно спросил хазарин.
— Нет. Без клейм…Перекаленные… Верно деревенский кузнец ковал, да не из хороших…
Избор смотрел за его руками, пытаясь по их движениям узнать об этом человеке то, что отказывала сказать память. Движения нового знакомца оказались ловкими. Сам он этого не замечал, но Избор увидел как привычно пальцы ощупали наконечники. Пока он думал об этом Гаврила взял в руки моток тетивы. Покатав его на ладони вдруг с тоской сказал:
— Видно сильно нас жизнь трепала, если ничего больше у нас не осталась…
Хазарин, роясь за пазухой, промолчал, Избор тоже.
— Светлые Боги! Рассказал бы кто — заслушался бы наверное…
— Ты чего? — все же спросил Исин держа руку за пазухой.
— А то, что ни оружия своего, ни одежды, ни памяти… Такой только с могучего перепою случается или после серьезной волшбы…