Сучок-Проводничок возмущенно затрещал.
– Как тебе не стыдно, Настрадамус? – воскликнула Гальянка.
– Он же обиделся.
– Подумаешь, – филин сделал вид, что у него зачесалось под крылом. На самом деле он был смущен.
Наконец шиповник кончился, и они снова оказались на нормальной местности. Вокруг росли и тянулись к небесам только корабельные сосны. Больше никаких кустарников не было, а мшистая земля приятно пружинила под ногами. Сучок прибавил скорость и вприпрыжку побежал вперед. Наши друзья поспешили за ним.
Сосновая роща кончилась неожиданно. Засверкало впереди небо, деревья расступились, и путники вышли на песчаную опушку. Перед ними была круглая как блюдце и ровная как скатерть поляна, в центре которой был небольшой пруд с крутым обрывистым берегом, который они сразу даже не заметили. Но Сучок привел их прямо к пруду и стал прыгать у самой воды и что-то быстро-быстро трещать, так быстро, что даже Гальянка не могла его понять.
– Ну, уж здесь мы наверняка можем искупаться, – с надеждой посмотрела на друзей принцесса.
– Подожди, – Друль достал карту и посмотрел, где они находятся. – Это у нас, – он сразу стал серьезным, – логово подводного змея.
– Я же говорил! – обрадовано воскликнул Настрадамус. – Он привел нас к дракону!
И как только он это сказал, вода в пруду забурлила, вспенилась, пошла кругами, и из пруда вместе с фонтаном брызг выскочила голова дракона. Она поднялась на длинной в несколько метров шее и уставилась на путешественников. Тело дракона оставалось под водой. Голова змея была узкой, похожая на щучью и имела огромные выпученные глаза, острые зубы, длинные как у антилопы рога, а вместо ушей метровые перепончатые крылья. Крылья мерно работали, и от них с шумом шел воздух. Больше никаких звуков змей не издавал.
Зато издал вопль Настрадамус.
– Караул! – закричал он и, тем не менее, смело бросился закрывать своим телом Гальянку.
Но змей больше ничего не делал. Он просто смотрел на них, и махал крыльями.
– Он не собирается на нас нападать, – сказал Друль. – Когда драконы агрессивны, они ведут себя совершенно иначе.
– А как они себя ведут? – спросила Гальянка.
– Они сразу бросаются и пожирают, а не смотрят.
– Давайте уйдем отсюда, – предложил Настрадамус. – Вдруг он передумает?
– Ты как всегда трусишь, – упрекнула его принцесса.
– Я беспокоюсь, прежде всего, за двух детей, которых мне поручила оберегать судьба, – не остался в долгу филин.
– Да, я смотрю, вы не из пугливых, – вдруг слегка скрипучим голосом сказал дракон.
Они просто опешили. Чего-чего они не ожидали, но только не этого. А дракон вдруг неожиданно растворился в воздухе и исчез. Только легкий туман остался вместо него. Этот туман свернулся в кольцо и выплыл на берег, здесь он снова сгустился и перед путешественниками вдруг сел на песок медоед.
– Ну так что вам от меня нужно? – недовольно спросил он. Друзья молчали. От удивления они все еще не могли вымолвить и слова. Медоед поглядел на них недовольно и проворчал:
– Ну вот, теперь как воды в рот набрали. Ну, если вам нечего мне сказать, то я удалюсь. Никогда не был назойливым.
Первым опомнился Друль.
– Погоди! – воскликнул он. – Неужели ты и есть Дух Колдовского леса?
– Наконец-то догадались! – обрадовался Дух. Это действительно был он. – Так зачем вам нужна золотая пряжа?
– Откуда ты знаешь, что нам нужна золотая пряжа? – поразился Друль.
– Неужели ты думаешь, что я не знаю, что твориться в моем лесу? – вопросом на вопрос ответил Дух Колдовского леса.
Друль смутился. К тому же он сильно растерялся, потому что совершенно не знал, как себя вести с Духом Колдовского леса. Слишком мало он про него знал. Но делать было нечего. Ведь надо было добывать золотую пряжу. Друль решил открыть Духу всю правду. Он уже открыл рот, но Духа нигде не было. Друль увидел только растерянные физиономии своих спутников.
– Где он?