– О нет, нисколько! В моем турнире может принять участие любой желающий.
– Ну вот и прекрасно!
– Однако, я должен сразу предупредить тебя, юноша, что у тебя будут очень серьезные противники. Обдумай все, как следует. Многие, увидев их поближе, потом отказываются с ними драться. А это наносит ущерб репутации моего турнира.
Во время этого разговора маркиз ввел Криса в замок. Внутри он был таким же неприветливым, как и снаружи. Темные, узкие коридоры, да голые каменные стены, украшенные в некоторых местах гобеленами. Ариан следовал за ними тенью, не отставал от Криса ни на шаг, и в то же время не нарушал дистанцию в три шага. Маркиз несколько раз недовольно посмотрел на него, но ничего не сказал, потому что был занят разговором с Крисом.
– Я никогда не отказываюсь драться после того, как уже заявил о своем желании. К тому же с одной из ваших служанок я уже имел честь скрестить меч. И ничего.
Тут Крису стало неловко, потому что получилось, что он будто бы хвастается, но маркиз сделал вид, что ничего не заметил.
– Это прекрасно! – закричал он. – Я восхищаюсь твоей смелости, рыцарь. И все-таки…
Крис уловил в его голосе некоторую неловкость.
– Что я должен сделать, чтобы мне поверили? Устроить поединок прямо сейчас?
– Вовсе нет! – замахал руками маркиз. – Но ради моего спокойствия подпиши одну грамоту. В ней сказано, что ты согласен принять участие в турнире, в случае поражения претензий иметь не будешь, а в случае победы получаешь доспехи солнечного бога. Это просто обычай, традиция. Пустая формальность.
– Хороши же у вас традиции, не верить слову благородного человека! – проворчал Крис.
Маркиз виновато поклонился.
– В нашей стране слово, это пустой звук, от кого бы оно не исходило, – с улыбкой сказал он. – Даже королева скрепляет все свои слова подписью. Таков закон!
– Хорошо, давайте сюда вашу бумагу! Я подпишу ее.
Крис так разгорячился оттого, что не верят его слову, что даже не расспросил маркиза о правилах турнира, и что это вообще за турнир такой, как он собирался это сделать сначала. И даже когда Ариан, которому весь этот разговор очень не понравился, начал кашлять, чтобы обратить на себя внимание Криса, ничего не добился, и только поймал не себе злобный взгляд маркиза де Костиньяка. Ариан хотел предостеречь Криса, но не успел. Слуга, который все это время шел вместе с ними тут же подскочил к Кристиану и протянул ему поднос, на котором лежала уже написанная грамота, нож и гусиное перо.
Крис взял перо.
– А где чернила? – спросил он.
Маркиз тут же протянул ему нож.
– У нас подписываются кровью.
– Кровью?
– Да. Можно даже не своей, если не хочешь, – маркиз кивнул на Ариана. – Вполне годится твой оруженосец. Перережь ему глотку и дело с концом.
– Ну, уж нет! – решительно заявил Крис. Взял нож, сделал себе надрез на ладони и поставил свою кровную подпись на грамоту.
И опять Ариан хотел предостеречь его, и стал делать усиленные знаки, чтобы рыцарь не делал того, что делает. Но маркиз увидел это, и встал между Крисом и Арианом, так чтобы рыцарь не видел оруженосца. Когда подпись была поставлена, маркиз торжествующе выхватил грамоту прямо из рук Криса и спрятал ее на своей груди. После этого он взглядом победителя посмотрел вокруг себя и рассмеялся, звонко, как мальчишка.
– Вот дело и сделано!
А Крису почему-то было не до веселья. Он увидел торжествующее лицо Костиньяка, расстроенное лицо Ариана и до него вдруг дошло, что он сделал что-то не так. Но было уже поздно.
– Вас отведут в ваши покои, – сказал маркиз. – Отдохните с дороги, а в полночь я жду вас не ужин.
С этими словами он удалился. При чем сделал это так быстро и незаметно, только зашуршал его широкий черный без единого украшения или узора плащ, и они даже не поняли, в какую сторону он ушел.
Вместо него перед мальчиками склонился слуга. Не говоря ни слова, он жестом руки приглашал их следовать за собой.
Только оказавшись вдвоем в большой, завешанной коврами, комнате, мальчики заговорили друг с другом. Первым начал Ариан.
– Не нравится мне все это, – сказал он.