— У басилевсов есть все, — строго сказала вторая. — Но не для всех.
Она покусала красивую розовую губку, на что-то решаясь.
— Если вы нам поможете до Киева добраться, то и мы вам поможем!
На лице Гаврилы, невеселом со вчерашнего вечера, мелькнуло что-то похожее на улыбку.
— Да уж вы поможете….
Избор и тот, сунув, наконец, меч в ножны, обернувшись, усмехнулся.
— Вы — нам? Чем это, интересно… Богатырей нарожаете?
Та девица, что посмелее, сказала, тщательно взвешивая слова.
— Богатырей вы уж сами как-нибудь нарожаете. А вот если вам время дорого… Мы вас быстро куда скажите довезем, а потом вы нас до Киева проводите…
Она очень точно скопировала интонацию Гаврилы.
— На себе повезете? — невозмутимо поинтересовался Исин. — Если на себе, то быстро не получится… Я пешком быстрее дойду.
Девушка сверкнула глазами.
— На ковре-самолете повезем. Там, в телеге, лежит ковер-самолет. Мы на нем сюда прилетели…
Мужчины посмотрели друг на друга. Эти девицы могли озадачить кого угодно. Мало того, что принцессы с родней в Киеве, так еще и ковер-самолет у них есть. Хорошее приданное.
— Ковер? — после довольно долгого молчания недоверчиво спросил Гаврила.
— Самолет? — уточнил Исин, чтоб уж совсем не осталось никаких непонятностей.
— Ковер-самолет, — подтвердила вторая.
— Сам летает? — уточнил Избор, стараясь, что недомолвок не осталось вовсе и все стало понятным. Он отчего-то вспомнил, как они выручали Тулицу в поисках летучего корабля и что из этого вышло. — И кормщик есть и заклинание для него знаешь?
— Знаю… — рука одной дернулась, словно хотела хлопнуть себя по сапогу, но сдержалась. Избор ухмыльнулся — правильно… Мало ли что у таких как они на уме может быть? Но зарубочку про правый сапог в памяти оставил. Мало ли что…
Несколько мгновений киевлянин молчал, переводя взгляды с одной девичьей фигурки на другую. Точно подстава. Только со стороны удачи! В голове его возникали и рушились планы, один другого лучше. Ковры сновали туда-сюда, вражеские дружины разбегались, он кулаком крушил стены, а товарищи похохатывая выгребали колдовские захоронки.
— А не врете, девоньки? — ласково спросил он, с усилием отгоняя видения и переводя взгляд с одной на другую. — Я ведь удавлю, если что… Не постесняюсь.
— Я тебе не девонька!!! — в два голоса возмутились девицы.
— То есть если мы вам ковер достанем и пособим, и вы нам поможете малость? — осторожно уточнил киевлянин.
— Зачем? — спросил Исин, трогая Гаврилу за плечо. — Куда нам сейчас лететь? Не возвращаться же… Не с чем пока…
Прищурившись, Масленников медленно, явно что-то прикидывая, сказал:
— То-то и оно… Может и придется помочь этим красавицам.
— Да зачем?
— Чудеса, что наш камешек творит, помните? Они ведь только до заката действуют…
— И что?
Избор, уже сообразивший чего хочет киевлянин, добавил: