Через минуту появляется медсестра, приносит мне поесть и бутылку вода.
— Скоро к вам зайдет доктор, — говорит хорошенькая девчушка и исчезает.
Завтрак оказался очень даже ничего, я думала, что в больнице еда отвратная. Вот только есть, когда у тебя заткнут нос, очень проблематично.
Но не успела я посетовать на свою такую непростую жизнь, как в двери ворвалась Верка.
— Привет, как ты? — глаза у Веры испуганные и на мокром месте, хотя вчера она меня с воинственным видом таскала по всем докторам, и ей никто не смел отказать.
— Привет, уже лучше, — улыбаюсь я.
— Выглядишь паршиво, — Вера начинает выкладывать из сумки кучу припасов и кило конфет.
— Вер, ты меня решила собрать в дальнюю дорогу? — смеюсь я.
— Типун тебе на язык, — ворчит Вера, украдкой вытирая слезу. — Может сладенького вдруг захочется.
— Вер, тут нормально кормят, — пытаюсь отбрыкаться я.
— Конечно, нормально, мне ли не знать, я в гинекологии здесь пятнадцать лет пахала, а сейчас на кафедре.
Я встаю и иду умываться, представляю, как от меня сейчас пахнет. Вчера муж бил, полдня по больнице таскали, потом операция.
— Аааааааааа, — ору я, увидев себя в зеркале.
— Что, милая, что случилось? — беспокойно заглядывает ко мне Вера.
— Ты это видела? — тыкаю пальцем в свое отражение.
— Ещё вчера видела, — Вера утирает слезы.
Да на меня смотреть страшно. Все лицо вздулось подушкой, глаза почти заплыли, окрас кожи фиолетовый с желтоватый отливом у висков. Можно фото сделать и поместить в книжки для наркологов. Да если я выйду на улицу, люди шарахаться от меня будут. Даже хорошая одежда не поможет. Я как опойка после недельного загула.
Слезы брызжут из глаз. А Верунчик меня успокаивает.
— Все пройдет через недельку, а эту недельку ты в больничке полежишь. У тебя еще сотрясение, — бормочет мне на ушко Вера.
И тут скрипит дверь и в палату входит Богдан. Веркина рука застывает в воздухе. А я не знаю, куда деться, в таком виде на меня смотреть страшно, а на меня смотрит красивый мужчина.
— Здравствуйте, Василиса, — кивнул он головой. — Как вы себя чувствуете?
— Хорошо, — выдавливаю из себя.
— Сейчас к вам подъедет Рашид со следователем, вы составите заявление на своего мужа.
— Хорошо, — киваю я.
И мой спаситель исчезает за дверями.
— Уф, дышать забыла как! Какой мужчина! Блин блинский, Васька, это же золотой генофонд! — шёпотом говорит Верка. — Так! Значит! Не теряемся, юбку покороче, вырез побольше, охмуряем мужика.
— Вера, ты в своем уме? Ему столько не выпить, ты на мое лицо посмотри?
— Васька, с лица все быстро сойдет, я тебя вечерком к лучшему физиотерапевту стаскаю, она так процедуры делает, что все проходит на раз. Не успеешь оглянуться, опять красавица.
Но не успели мы договорить, как в палате появляются следователь и Рашид. Верка, извинившись, ускользает.
А Рашид со следователем внимательно осматривают меня.