Он кивает.
– Мама приводила меня слушать, как Элоиза читает вслух. Мне тогда было лет двенадцать, но ее чтение казалось мне… просто волшебным.
При упоминании маминого имени мое сердце сжимается: мне больно думать, что она проводила время с другими детьми в то время, когда больше всего была нужна мне.
– Это дочка Элоизы, Валентина.
Глаза Эрика округляются.
– Не может быть! Правда?
– Рада познакомиться, – говорю я.
– Я так сожалею о вашей маме.
Я киваю.
– Она была совершенно невероятной. И этот магазин… – Он замолкает, оглядываясь по сторонам. – В детстве я провел здесь кучу времени. Мы жили неподалеку, в Кенсингтоне. Если мама не могла меня найти, я непременно оказывался здесь. Ваша мама позволяла мне надолго оставаться в магазине даже после закрытия.
– Здорово, – говорю я, не зная, что и ответить.
– Я знал, что у нее есть дочь в Америке. Она часто говорила о вас. А теперь мы наконец встретились – действительно здорово. Вы когда-нибудь…
– Эрик, дорогой, нам пора, – вмешивается Фиона. – Я обещала сестре, что мы заберем торт, а ты же знаешь, как она ненавидит непунктуальность. – Она улыбается мне. – Очень приятно познакомиться. Как, вы сказали, вас зовут?
– Валентина.
Она морщит нос.
– Валентина. Как необычно.
Эрик чешет затылок.
– Что ж, нам пора. Милли, спасибо тебе. И, Валентина, очень приятно. Я скоро приду еще – этот визит оказался слишком кратким.
Милли улыбается.
– На следующей неделе нам привезут новинки художественной литературы, может быть, тебе они понравятся.
– Тогда до скорого, – говорит он, кивает мне, и вслед за дизайнером интерьера идет к двери.
Когда они уходят, Милли вздыхает.
– Прошу прощения, – говорю я, – но что, черт возьми, он нашел в этой девице?
– Понимаю. Настоящий ходячий кошмар. Они встречаются уже года четыре, во всяком случае, так говорят. Могли бы уже даже пожениться. Жаль. Он такой добрый парень, а она, хм-м… – Милли замолкает и качает головой.
Я пожимаю плечами.
– Ну, ты-то точно ее провоцировала.
– Это неважно, пусть и провоцировала, – продолжает Милли. – На каждом углу есть такие, как Фиона, те, кто не верит в важность книжного магазина по соседству. Но мы докажем, что они ошибаются, верно?
Я машинально киваю, но когда она протягивает мне бухгалтерскую книгу магазина, во мне начинает шевелиться сомнение.
– Боюсь, цифры не впечатляют, – говорит Милли. – Элоиза больше заботилась о сообществе, чем о прибыли. Жаль, что я не заглянула в бухгалтерию раньше. – Она вздыхает. – Но, конечно, есть же какое-то решение.
Если и есть, то мне оно неизвестно. Я вижу только два варианта: все продать и погасить долг по недвижимости вместе с надвигающимся налоговым счетом, или наплевать на логику и продолжать.