Мертвая тишина: читать начало книги онлайн

– Вот теперь совсем другой вид, – сказал полковник Данилов, взглянув на разведчика. – Что ж, садись, будем ставить перед тобой следующую задачу. Знаешь, что меня больше всего заинтересовало и насторожило в твоем рассказе? То, что рассказал твой пленный о планах своего командования. То, что немцы хотят не только уйти сами и вывезти свою технику, – это обычное дело. Насторожило меня упоминание о железной дороге, о том, что они хотят ее разрушить. Надо узнать, правда ли есть у них такие планы? И что еще хочет немецкое командование? Может, мы чего-то не знаем? Это все надо выяснить как можно быстрее. Так что я приказываю: сегодня же ночью вам с Коростылевым необходимо снова отправиться во вражеский тыл. На этот раз вам не нужно идти пятнадцать километров. Будете действовать в ближней полосе. Как только найдете отступающего врага, в том районе и начинайте действовать. Задача – захватить офицера. Допрашивать его самому не надо. Здесь допросим. Только выясни – будет фриц говорить или упрется и станет играть в молчанку. Такой молчун нам, конечно, не нужен. Как, задача понятна?

– Да, товарищ полковник, все ясно, – ответил разведчик. – Разрешите идти?

Спустя несколько минут он уже ехал на передовую. Еще несколько минут ушло на то, чтобы отыскать Коростылева и объяснить ему суть нового задания. А затем надо было быстро добраться до наших передовых частей, которые уже пересекли бывшую немецкую линию окопов и теперь старались настичь уходящего врага, нанести ему как можно больший урон.

Впрочем, долго искать наших разведчикам не потребовалось. Они прошли всего полкилометра, когда услышали звуки боя, который шел где-то неподалеку. Немцы выставили арьергард, и тот напал на наши наступающие части. В этом и состояла тактика врага: задерживать наши передовые части, дать возможность основным немецким силам без потерь уйти на приготовленную в пятнадцати километрах дальше запасную линию. И пока это им удавалось.

Разведчики быстро выяснили, что новая линия соприкосновения с врагом не является сплошной. Достаточно было пройти километр на юг – и там уже не было боя. Обогнув район сражения, Шубин и Коростылев двинулись на запад. План состоял в том, чтобы выйти к дороге, по которой отступали немецкие войска, дождаться утра, когда по дороге начнется движение, и напасть на машину, в которой будет ехать офицер. Правда, для этого требовалось, чтобы машина ехала одна, не в составе колонны. И, пока они шли, Шубин ломал голову над тем, как этого добиться.

К часу ночи разведчики вышли к шоссе, по которому отступали немецкие войска. Сейчас дорога была пуста. «Теперь нам придется сидеть здесь в засаде шесть часов, пока не рассветет, – размышлял Шубин. – Потом по дороге начнется движение. Но разве какой-нибудь офицер поедет в одиночку? Нет, они будут передвигаться колоннами, машина за машиной. И мы будем сидеть целый день и ничего не дождемся. Нет, так не годится. Интересно, а где сейчас находятся отступающие? Ведь немцы не будут ночевать в лесу, прямо в машинах, они к такому не привыкли. Скорее всего, они остановились в какой-нибудь деревушке. Надо посмотреть…»

Он отошел от дороги в лес, достал карту, включил фонарик и начал изучать местность. Обнаружил деревню Павловку. Она находилась в километре от того места, где сейчас были разведчики. «Пусть даже в этой Павловке всего десяток изб, – рассуждал разведчик. – Эти избы отдадут офицерам, а рядовые поставят палатки рядом с избами. Чем лучше изба, тем более высокий чин в ней будет жить. Если в деревне найдется кирпичный дом, то в нем наверняка будет ночевать полковник, в крепкой деревянной избе – капитан, а в бедных хатах остановятся лейтенанты. Но тут надо будет смотреть не какой дом, а как он охраняется, можно ли к нему подобраться. Собственно, полковник нам и не нужен. Лейтенанты тоже многое знают».

Додумав эту мысль до конца, он свернул карту и сказал сержанту:

– Здесь ждать не будем. Пойдем в деревню, постараемся вытащить фрица из теплой постели.

И они пошли через лес, двигаясь в направлении деревни. Как показывала карта, Павловка стояла в полукилометре от дороги, в низине, по которой протекала речушка. Разведчики вышли на опушку леса и стали разглядывать деревню. Как и предполагал Шубин, Павловка была небольшой, два десятка домов, которые располагались вдоль речки. Прямо перед разведчиками лежало открытое поле, за ним текла река, а на другом берегу стояла деревня. Грузовики, на которых приехали немцы, стояли кучкой прямо на дороге на въезде в деревню; их охраняли трое часовых. Здесь же виднелись и две легковые машины. Помимо часовых, стороживших автопарк, Шубин увидел и двух часовых на другом конце деревни. Там же, на другом конце деревни, видны были и три десятка больших армейских палаток. Около них тоже расхаживали часовые. В целом немцы, кажется, сделали все, чтобы их ночлег в Павловке прошел спокойно.

– Ну и что ты обо всем этом думаешь? – спросил Шубин у напарника. – Можно к фрицам подобраться или не получится?

– Почему же не получится? – возразил Коростылев. – Смотри, капитан: они усиленно охраняют оба конца деревни – там, где у них стоят машины и где палатки с рядовыми. А середка не очень защищена. Там я вижу всего одного часового возле вон того крепкого дома.

– Да, в этом доме, скорее всего, ночует командир этого батальона, капитан или майор, – откликнулся Шубин. – А в домах по соседству спят лейтенанты. Если подойти из леса, через огороды, можно выйти вон к тому дому – видишь, соломой покрыт. Значит, надо обойти всю деревню и выйти к той опушке. А когда схватим фрица – сразу отходить на восток, вдоль речки.

– Тут, знаешь, есть еще одна вещь, которая на нас работает, – сказал Коростылев. – Ты заметил, что собак совсем не слышно? Видимо, фрицы их всех перестреляли, чтобы они на них не кидались, не мешали. Так они и нам мешать не будут.

Решение было принято, и разведчики двинулись кругом, обходя деревню. На этот обход потребовался час. Спустя час они снова сидели на опушке, но теперь уже с другой стороны деревни. Отсюда до ближайших домов было гораздо ближе – метров двести.

– Что, пошли, что ли? – сказал Шубин и первым скользнул с опушки на заснеженное поле. Сержант последовал за ним. Они ползли, как и накануне, во время первой совместной разведки, по-пластунски, используя любую складку местности, любую кочку. Им никто не помешал, никто не заметил. Они доползли до забора, за которым, как видно, находился огород. Раздвинули доски, преодолели забор и поползли дальше. Так они добрались до стены дома. Чуть в стороне от дома располагался сарай. Оттуда слышался чей-то храп. Оба разведчика поняли, в чем дело: немцы выселили хозяев в хлев, а сами заняли дом.

Добравшись до дома, разведчики выпрямились и, прижимаясь к стене, направились к двери. Прежде чем наступить на первую ступеньку крыльца, проверили – не скрипит ли. А вот и дверь. Она, конечно, была закрыта.

– Я попробую открыть, – еле слышно прошептал Коростылев на ухо Шубину.

Он достал кинжал и просунул острие в щель между досками двери – пусто. Просунул в другом месте, чуть выше, – и острие кинжала наткнулось на деревянный брус. Тогда сержант стал потихоньку, по миллиметру, двигать брус вправо. Еще, еще… И вот дверь скрипнула и подалась.

Шубин первым ступил в темноту. Посторонился, пропуская напарника, и встал. Надо было, чтобы глаза привыкли к почти полному мраку, царившему в комнате. Но вот глаза привыкли, и Шубин различил в темноте слева что-то белое. Рука нащупала горячие кирпичи. Значит, здесь была русская печь. А впереди угадывался проем – вход в жилую половину дома. Там должна была находиться кровать, и там спал немец – или немцы? Может, их здесь было несколько? Выяснить это заранее было невозможно. Хотя почему невозможно? Где-то здесь должна быть вешалка. Немцы – люди, привыкшие соблюдать порядок. Наверняка они при входе сняли шинели и повесили их на вешалку. Надо только потрогать, сколько их там висит…

Шубин так и сделал. Протянул руку, потрогал стену слева от себя, потом справа. Так, вот она, вешалка. Что тут у нас? Ага, вот она, шинель. На ней погоны… Точно, здесь ночует офицер. А здесь что? Еще одна шинель, а поверх нее фуражка! А дальше? Нет, больше ничего нет. Но и двоих хватит. Можно одного заставить спать вечным сном, а второго забрать с собой. Или захватить двоих? Ладно, как получится.

Шубин шагнул дальше, в спальню. Вот одна кровать, вот другая. Он шагнул к левой, сержант – к правой. Вот теперь можно было включить свет. Шубин достал из одного кармана фонарик, из другого – пистолет. Коростылев также достал оружие. Шубин включил фонарик, положил его на тумбочку. После чего взял «своего» фрица за горло и слегка сдавил. Тот проснулся от удушья, захрипел, схватился обеими руками за руку Шубина – и тут увидел ствол пистолета, направленный ему прямо в лоб. Разведчик дал немцу пару секунд, чтобы тот смог осознать ситуацию, потом резко скомандовал:

– Одевайся! И без фокусов! Твой крик все равно никто не услышит, как и мой выстрел.

Немец послушно кивнул и потянулся за одеждой, висевшей в изголовье кровати. А вот второй немец, доставшийся Коростылеву, повел себя иначе. Он рванулся в сторону, пытаясь уйти с линии выстрела, и одновременно закричал:

– Русские! На по…

Закончить он не сумел: сержант ткнул ему пистолетом в горло и нажал на спусковой крючок. Выстрел прозвучал глухо – и вряд ли кто-то услышал его за пределами этого дома. Вот кровь ударила фонтаном и залила все вокруг. Но это не беспокоило разведчиков. Больше Шубина беспокоил тот факт, что оставшийся немец впал в панику. Руки у него тряслись, он никак не мог надеть китель, натянуть сапоги. Пленного надо было успокоить, и в этом у Шубина был опыт. Он присел на корточки рядом с пленным, заглянул ему в глаза и спросил:

– Тебя как зовут?

– Меня? – Губы у немца тоже тряслись, он говорил с трудом. – Карл… Карл Зоммель… Лейтенант Зоммель…

– Послушай меня, Карл. Мы не сделаем тебе ничего плохого. Твой товарищ погиб, потому что поступил неправильно. А ты будешь вести себя правильно и останешься в живых. Понимаешь? Ты останешься в живых. Для тебя война, можно сказать, уже закончилась. Надо только добраться до наших частей. Так что спокойно одевайся, натягивай второй сапог – и пошли.

Речь разведчика подействовала: пленный перестал трястись, закончил одеваться. Они вышли в прихожую, и здесь Шубин дал пленному возможность надеть шинель. Затем он связал ему руки за спиной и всунул в рот кляп. Уговоры уговорами, но никто не мог поручиться, что, оказавшись на улице, пленный не попытается убежать или позвать на помощь. Поэтому Шубин крепко взял его за локоть, уткнул ствол пистолета ему в бок, и в таком виде они шагнули за дверь.