— Какая встреча! — Герстнер крепко обнял друга. — Давненько я к тебе не захаживал.
— И я рад видеть тебя, дорогой, — Волтер похлопал машиниста по спине. — Где ты пропадал четыре месяца?
— У меня много работы. Ты читал о массовых сокращениях?
— Конечно. Лишили выходных?
— В прошлом году у меня был сменщик, — тяжело вздохнул Герстнер, — а сейчас я претендую на звание самого незаменимого машиниста.
Волтера объяла тоска:
— Жизнь на Гайе раньше била ключом. Помнится, тридцать лет назад…
— Прости, что перебиваю, но я хотел бы тебя кое с кем познакомить, — Герстнер указал Коулеру на Чена и студенток, скромно стоявших в стороне. — Сегодня они помогли спасти жизни сотням людей.
Поймав на себе заинтересованный взгляд великого путешественника, Лин замялась, как школьница на первом свидании. Опустив сжатые в замок пальцы, она нервно улыбнулась и, заикаясь, выдавила:
— Д-добрый д-день.
— Добрый, — Волтер оглядел уставшие лица гостей. — Что с вами приключилось?
— На поезд напали мертвецы, — ответил Чен. — Многие пассажиры погибли. Если бы не Билл…
— Не стоит. — Герстнер сделал останавливающий жест. — Я всего лишь машинист, а не герой.
— Монстры становятся агрессивней. — Волтер погрузился в раздумья. — Неужели они были правы?
— Простите, о чём вы? — спросила Морриган, продолжая с интересом наблюдать за хозяином особняка.
— Да я о своём, — отмахнулся исследователь. — Давайте лучше познакомимся.
— Меня зовут Лин, — представилась Митоку, — а это Зико, Морриган и Чен.
— Чем могу быть полезен?
— Вчера мы с подругами прочитали ваше интервью о райском острове, — объяснила Лин. — Я полностью разделяю ваше мнение, касающееся кризиса: из-за нехватки ресурсов наша жизнь в серьёзной опасности, но тем, у кого в банках многомиллионные счета, этого не понять. Они не страдают от голода и не работают по семь дней в неделю, чтобы поставить на ноги детей…
Морриган любила подругу именно за то, что она, несмотря на свою ненависть к людям, никогда не насмехалась над чужими проблемами, а всегда старалась помочь. Импульсивность никого не красит, но у Митоку она граничила с решительностью. Такого Ханзо больше ни в ком не встречала.
—…Мы хотим добраться до острова и изменить жизнь наших соотечественников.
— Это исключено, — отрезал Коулер. — Уходите.
Всех будто обухом по голове ударило, особенно Лин. Великий путешественник, мечтавший, чтобы райский остров нашли, в эту минуту растерял дружелюбие.
Митоку не знала, что ответить. Растерянная, она смотрела на подруг, но они тоже молчали.
— Что с тобой, Волтер? — напрягся Герстнер, увидев потухший взгляд исследователя. — Обычно ты гораздо гостеприимней.
Коулер выдохнул и посмотрел на пролетавшую в небе птицу.
— Когда моё интервью напечатали в журнале, возле ворот особняка каждый день начали собираться тысячи людей, и каждому хотелось знать, каким путём я добрался до райского острова. Смелые, с блеском в глазах… Они говорили, что им не страшны никакие трудности, будь то подводное чудовище Геосгайэно или шторм. Я знал — этих новоявленных путешественников волнуют лишь слава и деньги, но всё равно помогал. Я хотел, чтобы мою мечту хоть кто-то сделал явью. Давал советы, рисовал картосхемы…
— Но никто не вернулся, — вспомнила Зико.
— Может, они нашли остров и не захотели возвращаться, — предположила Лин. — Нельзя без вести пропавших считать мёртвыми.
— Нельзя, — согласился Коулер, — только вот правительство лишило меня всех званий, исключило из Союза путешественников и запретило даже заикаться об острове.