— Это же… — Увидев его, Айола задрожала так, будто столкнулась с призраком, и сделала шаг назад. — Как же так? — с болью и досадой еле слышно произнесла она.
— Скалблайзер. — Сазуки без проблем узнал убийцу деда. — Если ты здесь, то рядом должен быть…
— Рад видеть тебя, Чен. — За спиной Скалблайзера появился Блудривер с топором.
— Не могу сказать того же. — Чен так крепко сжал кулаки, что пальцы побелели.
— Это те самые ребята, о которых вы рассказывали? — судя по выражению лица Анэ, она была крайне разочарована. — Ну и клоуны…
— Скажи, Чен, почему ты нарываешься на неприятности? — обратился маньяк к Лу. — То заступаешься за баб, то встаёшь на пути синдиката. Ты боевиков, что ли, пересмотрел?
— Я не позволю, чтобы уроды вроде тебя, возомнившие себя божествами, делали что вздумается их извращённому уму. — Глаза Чена горели злостью, он с большим трудом сдерживал себя, чтобы не броситься к верзиле.
— А ты, когда пытаешься взять на себя ответственность за других, не чувствуешь себя божеством? — Блудривер прищурился, словно захотел разглядеть в душе каратиста червоточину. — Это ведь так здорово — ощущать себя тем, без кого не справятся, не сделают ни шагу. У меня сложилось впечатление, что там, в особняке, ты вступил в бой не ради друзей, а ради собственного эго.
— Ах ты, ублюдок!
— Не напрягайся, — ухмыльнулся Блудривер и пристально посмотрел на Зико звериным взглядом, наполненным похотью. — Я лишь хочу предупредить, чтобы ты был осторожен со своими эгоистичными желаниями. Кто знает, чего ты можешь лишиться на этот раз…
Взяв из сумки Лин карту, Анэ грозно заявила:
— Одно неверное движение — и я её сожгу!
— Блеф! — усмехнулся Блудривер. — Ты не станешь этого делать.
— Давай проверим, здоровяк? — лицо Анэ оставалось невозмутимым. — Мы давно её изучили.
— Так это даже лучше. — Скалблайзер снял с плеча пистолет-пулемёт. — Оставим в живых только одного из вас и всё узнаем.
При виде Айолы худощавый непроизвольно дёрнулся, едва не уронив оружие, и закрыл глаза от пронзившей голову боли. В сознании промелькнули пляж Фишбурга в лучах багрового заката, брусчатый пирс и пришвартованная возле него деревянная лодка. Ужасная тоска вначале сдавила грудь, а потом комом осела в горле, не давая вздохнуть.
— Последний раз спрашиваю: карта или жизнь? — Эймира медленно теряла терпение.
Сазуки смотрел на Ли волком в ожидании выстрелов. Сердце его билось ровно, а в глазах горел огонь непокорности. Пусть он умрёт, но сломать себя никому не позволит.
Момо взглянул на потолок и вспомнил о разрушительном влиянии звуковых волн на сталактиты. Набрав полные лёгкие воздуха, он закричал так громко, что перепугались и его друзья, и ниндзя.
— Какого хрена⁈ — взвился Блудривер, услышав треск льда.
Обрушившиеся гигантские сосульки привели банду Эймиры в замешательство. Сазуки и его спутники воспользовались драгоценными секундами и забежали в ближайший проход. В круглом зале их встретила высокая статуя девушки со сложенными перед собой крыльями. Окружавшие её шесть каменных колонн с письменами поддерживали усеянный ледяными сталактитами выпуклый потолок.
— Мы в тупике, — констатировала Айола. — Тут есть где укрыться, поэтому не будем хоронить себя раньше времени. Стрелок и два мага дадут отпор подонкам.
— Ну-ну, без эфиров, — Анэ от досады готова была снести голову статуе, да вот магических сил не осталось.
Услышав гневные крики в тоннеле, друзья быстро укрылись за скульптурой и колоннами. Айола сняла винтовку с предохранителя и приготовилась биться до последнего вздоха, но Сазуки, закончив разглядывать потолок, попросил её не высовываться.
Едва только Эймира и её псы вошли в зал, Нагинава крикнул им:
— Бросьте оружие!
— Чего⁈ — от такой наглости Блудривер задрал брови на лоб. — Ополоумел, самурай недоделанный?
Эймира напряглась, жестом руки остановила ниндзя и спросила:
— Почему же я должна последовать твоему приказу?
— Если начнём перестрелку, потолок обрушится, — объяснил Сазуки. — Хочешь сдохнуть? Валяй!