Товарищ Торин (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Старший надсмотрщик вдруг пристально уставился на Афелиса, как будто тот мог знать ответ.

— Лихнизм меняет сознание… — промямлил заученную фразу стушевавшийся под взором гнома затравленный каторжник.

Бородач презрительно отмахнулся:

— Своей мамаше будешь эти сказки рассказывать. Хотя… на воле советую именно так всем и отвечать, — увидев на лице Афелиса замешательство, главный надсмотрщик пояснил: — Да, ты не ослышался, мне не нужно, чтобы кто-то смущал остальных заключённых разговорами об амнистии. Во сне, от небольшого ума, по доброте душевной — неважно. Брехло мы выставим фантазёром, но тебе, как бывалому, могут поверить.

Коротышка схватил Афелиса под локоть, грубо подтолкнул к окну:

— Я не стану говорить, чтобы ты собирал свои манатки и попрощался с приятелями. Ценного имущества ни у кого из каторжников здесь давно нет, а на твои дружеские отношения мне плевать. Видишь телегу, груженную углём, который вы едва сегодня насобирали? Поедешь в ней через десять минут, я дам тебе бумагу об освобождении и скажу седокам, чтобы довезли тебя до Хребта Великого Змия. Не самая комфортная, наверно, будет поездочка, но в такую метель всё равно никто, кроме мамонтов, в наших краях не пройдёт.

Вручив всё ещё ошарашенному Афелису грамоту, старший надзиратель буквально выволок «отныне свободного человека» из тёплого помещения на мороз. Пнул под зад, заставив забраться в большую телегу, уже запряжённую мохнатым чудовищем. Напутствовал на прощание:

— А теперь захлопни свой слишком разговорчивый рот и вали отсюда, человек. И помни: в следующий раз из лагеря тебе живым не уйти, никакая амнистия и товарищ Маврик тебе не помогут! Веди себя хорошо на свободе, а если станешь наговаривать на меня или суровые условия быта в лагере, то двум твоим друзьям может не поздоровиться. Кивни, если понял! Всё, катись к орочьей матери, неблагодарная бестолочь. Спасибо от тебя всё равно хрен дождёшься…

* * *

Рок был вне себя от страшного беспокойства, непрерывно меряя шагами узкий коридор между рядами коек в бараке. С его губ попеременно срывался то кашель, то отборная брань.

— Что они сделали с Афом? Какого варга он до сих пор не вернулся? Если эти сволочи посмеют хоть пальцем тронуть мальчишку…

Хотя Афелису давно перевалило за третий десяток годков, для Рока он всё равно оставался юношей, когда-то попавшим в плен Третьей Орде. Тревога орка быстро передалась первоначально спокойному Даскалосу Балиновичу, но в отличие от мечущегося по бараку товарища, тот, напротив, застыл на пеньке в позе философа, сосредоточенно размышляя над ситуацией.

— Надо идти спасать Афа! — кричал на безвольно лежащих на кроватях каторжан Рок. — Поднимать бунт! Выручать своего!

Никто на призывы не реагировал. Сейчас побуянит и успокоится, к пьяным выходкам орка в лагере давно все привыкли. Лишь Брехлисиус скулил и постанывал, но у эльфа на то имелись свои основания.

Отчаявшись, Рок принялся колотить по двери барака, требуя ответов от несуществующих надзирателей. Конечно, лихнисты даже не собирались нести караул, стоя на таком морозе, ограничившись запиранием барака массивным засовом снаружи. Лишь вой вьюги отвечал на зов орка, что злило зеленокожего ещё больше.

Вид разбивающего кулаки в кровь об дверь друга в конце концов вывел Даскалоса Балиновича из долгой задумчивости:

— Рок, прекрати! — не терпящим возражения тоном приказал бывший учитель. — Так ты ничего не добьёшься и никому не поможешь, только угробишь ещё и себя! Если хочешь прорваться наружу, это надо делать через туалетную комнату. Потолок там дырявый, как следует надави, всё развалится. Стой! Куда побежал? Голыми руками в одиночку собрался всех надзирателей перебить?

Судя по выражению морды Рока, орк именно такое мероприятие и планировал.

— Иди сюда, попробуем вдвоём эту кровать разобрать. Что значит зачем? Нам хоть какое-то оружие нужно. Доска с торчащими гвоздями лучше, чем ничего. Погодь, так нам ничего не сломать, на совесть приколотили. Инструмент нужен. Вот, у меня специальным образом отколотые камешки спрятаны, ты думал, я от нечего делать втихаря их годами таскал?

Глава 11. Желанная свобода

Обстоятельства в такой же мере творят людей, в какой люди творят обстоятельства.

Карл Маркс и Фридрих Энгельс

Афелис быстро оставил попытки осмотреть из телеги окружающую местность. С наступлением темноты мести стало так, что дальше десяти-пятнадцати метров разглядеть всё равно было ничего невозможно. Лишь силуэт медленно шагающего мамонта впереди свидетельствовал о том, что они едут, а не стоят на месте посреди снежной бури.

Хотя каторжан, по вполне понятным причинам, никто в географию тундры не посвящал, Афелис всё же имел определённые представления об окрестностях. Их лагерь находился едва ли не в самой северной точке населённой разумными расами ойкумены, дальше шла уж совсем вечная мерзлота. Единственная дорога из лагеря вела на юг, где в двадцати километрах располагалась ещё одна каторга, считавшаяся менее строгой. Туда отправляли насильников, убийц и других негодяев, гораздо менее опасных, по мнению власти, для общества, нежели осуждённые по политическим мотивам враги прекрасной гномьей идеологии. Именно туда рассчитывали добраться сегодня седоки на мамонте, чтобы переночевать в более комфортных условиях.

Вот только усилившаяся на середине пути метель нарушила гномам все планы.

Афелис вздрогнул, когда обнаружил в телеге с углём ещё одного пассажира. Кряжистый коротышка плюхнулся рядом с ним, громко ругаясь, судя по движениям его губ:

— Всё, приехали, ёп… — из-за воя метели Афелис едва слышал, что говорит наездник на мамонте, — …мать. Дальше с телегой даже Мохнорогу не пройти, всё замело! Переждём вьюгу здесь, ты же не против? А впрочем, мне по… — несмотря на заглушивший слова порыв ветра, Афелис догадался, как высоко ценит гном его мнение.

Скоро в телегу забрался второй всадник, наорав как на своего товарища, так и на сжавшегося в уголочке Афелиса. Втроём они начали откидывает уголь в сторону, создавая таким образом углубление, чтобы укрыться от снега и ветра между бортами телеги и наваленной кучей. Сверху рукотворную яму попробовали накрыть парусиной в надежде, что удерживающие её камни и гвозди не дадут вьюге унести ткань в бескрайние просторы северной тундры. Получилось неплохо, пока ненадёжная крыша надувалась, но не улетала.

— Ну и метель! — прокричал более старший гном, сидя вплотную с Афелисом и товарищем. Сейчас было не до брезгливости из-за вонючих лохмотьев освобождённого каторжника. Важно было сохранить хотя бы крохи тепла. — Погода вообще в курсе, что уже два дня как лето?! Бр-р-р! Давно такого не видел, хотя вожу уголь последние тридцать лет!

— Может, стоило всё-таки шатёр разобрать? — спросил любитель крепкого словца. — А то, если долго сидеть так в позе зародыша, можно себе х… — порыв ветра резко надул парусину, — отморозить.