— Ты возьмешь всю вину на себя, — хрипло произнесла Харпер, как будто за последние несколько секунд у нее заложило самый большой в мире нос.
Дверь открылась, ударив Харпер по ноге.
Она отползла назад, схватившись за колено и поморщившись.
Кингстон взглянул на царивший хаос и опустился на колени.
— Черт. Подожди, почему у нее идет кровь из носа? — Он устремил на меня ледяной взгляд.
Я поднял руки вверх, олицетворяя собой невинность. Кингстон всегда был немного чересчур напыщенным. Кроме того, он до смешного защищал свою сестру, и если бы он узнал, что я виноват, что она врезалась в стену, думаю, что он затеял бы драку. Ссора совершенно испортила бы время вынимания моих маффинов из духовки, возможно, даже подожгла бы их.
После недолгого пристального разглядывания и нескольких тщательно сформулированных объяснений мне удалось вывести их обоих из комнаты.
Рей выпучила на меня глаза.
— Способен ли ты просуществовать целую минуту, почти ничего не разрушив?
Я прижал палец к ее груди, прижимая ее к стойке, и встретился с ней взглядом.
— Нет. И единственное, что осталось уничтожить на этой кухне, — это твоя киска.
Она лукаво улыбнулась.
— Это отвратительно. И вроде как горячо.
— Моя специальность.
Таймер издал звуковой сигнал. Рей не сводила с меня глаз.
— Твои кексы.
— Прямо сейчас меня больше интересуют твои булочки.
— Твой юмор достиг своего пика в средней школе.
— Ты так говоришь, как будто это что-то плохое.
Рей усмехнулась.
— Ты серьезно собираешься позволить своим кексам подгореть?
— Нет. Я просто не смог устоять перед линейкой булочек. — Я повернулся и достал маффины. Я закрыл духовку своей задницей, затем поставил противень на столешницу. — Операция по уничтожению киски все еще в меню. Но это будет на десерт. Итак, сделай все необходимые приготовления. Проследи, чтобы о твоих родственниках позаботились в твоем завещании… что-то в этом роде.
Именно тогда я понял, что Грэмми стоит на кухне. Любая нормальная бабушка, наверное, ударила бы меня скалкой. У Грэмми просто была дерьмовая ухмылка на лице.
— Я помню те дни, когда мне обещали испортить мою киску…
— Нет, — сказал я. — Мы говорили об этом миллион раз, Грэмми. Твои высказывания о твоей личной жизни не являются подходящими темами для разговора.
— Я стара, но не мертва. Ты думаешь, немного старости и времени заставят тебя хотеть трахаться меньше?
Я потряс головой, как мокрая собака, пытаясь выбросить эти образы из головы.
— Я думаю, это хорошо, — сказала Рей. — Многие люди впадают в депрессию в пожилом возрасте, потому что они не могут делать то, что делали раньше. Если половой акт делает вас счастливой, то вы должны продолжать заниматься им так долго, как сможете.
Грэмми указала двумя раскрытыми ладонями на Рей, как будто она только что сказала все, что мне когда-либо нужно было услышать.
Я застонал.