Вернуть Боярство 7: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— В общих чертах или с подробностями, господин? — уточнила девушка. — Если последнее — то лучше уж дождаться встречи со Смоловым, он сумеет ответить на ваши вопросы лучше.

— Давай в общих чертах, — согласился я с её доводом.

— Ваш… доверенный слуга решил не просто решить раз и навсегда проблемы Приходько и его детей, но и полностью разобраться в том, как именно обстоят дела на этот счет — всё же словам изменника он до конца доверять не спешил, — начала рассказ она. — Впрочем, в этом я с ним согласна целиком и полностью. К чему приводит излишнее доверие к тем, кого считаешь своими, я уже успела почувствовать на собственной шкуре… В общем, взяв с собой Влада, он сел в самый обычный пассажирский в воздушный корабль и отправился вместе с ним в Ростов-на-Дону. Но незадолго до этого, не ставя в известность Приходько, он приказал мне и с отрядом гвардейцев отправиться туда же и разузнать, кто именно из бандитов занимается там делами Рода Игнатьевых…

Дальше последовал интересный рассказ о том, как они с удивлением осознали, что Приходько не просто не преувеличивал свои проблемы, а скорее даже сам не осознавал всю глубину ямы, на краю которой он оказался. Давнишние союзники Игнатьевы, местный дворянский Род Терентьевых сам заинтересовался делом, из-за которого на ничем непримечательных ребят из Сибири обратили внимание их старшие партнёры из Александровска.

— Как именно они узнали о секрете Приходько, я пока не знаю, — призналась мара. — У Смолова наверняка есть догадки, а то и точные сведения, но делиться с остальными он не торопится. Однако узнали, и на счастье этого дурака мы прибыли как раз вовремя — и вдвойне ему повезло с тем, что Смолов ему не доверял и решил для подстраховки поехать сам решить возможные проблемы. Не будь его с нами — детей мы, может, и выручили бы, но вот самого Приходько там бы и пришлось бросить, драпая без оглядки — Глава Рода Терентьевых оказался Старшим Магистром, плюс несколько Младших Магистров были в числе Старейшин этой семейки. Сами понимаете, господин — трёх Мастеров да полусотни гвардейцев никак не хватит, что бы связываться с такими противниками…

И это ещё мягко сказано — чародей шестого ранга с таким отрядом справится и один. Нет, теоретически шанс бы у моих людей был — устроив грамотную, хорошо подготовленную засаду, завалить такого мамонта у них могло бы и выйти… Только вот нужно было бы раздобыть кучу разного магического и желательно сильно взрывоопасного добра, подобрать место настолько удачно, что бы он прозевал присутствие такой оравы вооруженных и явно готовых к бою людей да ещё и был расслаблен и не на стороже, дабы не успел среагировать на угрозу своевременно, затем навалиться на раненного врага и добить, не давая оправиться… И даже так — шансы были один к пяти в лучшем случае.

Как же всё-таки хорошо, как правильно я придумал, что плененного Старшего Магистра надо обратить в своего слугу! И пусть темные боги благословят или ещё каким иным способом возблагодарят своего слугу за то, что ему не хватило тогда навыков провести ритуал создания магического раба правильно и полноценно — ведь слушая дальше рассказ своей подчиненной, я убеждался в том, что голова у Смолова варит даже лучше, чем я рассчитывал. Не говоря уже о том, что иметь своих чародеев такого уровня — это готовое решение множества проблем в среде аристократии. Пытаться сожрать или напакостить тому, кто может по твою душу отправить двух-трёх Старших Магистров во главе довольно крупной гвардии — на подобное не решится процентов восемьдесят Родов. Ибо своих магов такого ранга у них или нет вовсе, или максимум — тоже один-два, так что риск того не стоит…

Зачистка бандитского логова с полным устранением всех до единого членов данного конкретного темного братства, обеспечение безопасности детей Влада, выход на настоящих заказчиков всей этой карусели событий, точно рассчитанный гамбит — отдать Приходько в руки врага, что бы добраться до самого его логова, где без сомнений будут все необходимые улики, что бы любые их попытки воззвать к закону разом теряли под собой почву… Да, он рисковал Владом — но вынужден признать, что это был грамотный, четко рассчитанный риск. И при этом он заранее озаботился тем, что бы его дети, ради которых мой былой начальник готов был погибнуть даже добровольно, точно выжили и были доставлены в безопасное место.

Когда речь зашла о том, что как они доплыли до места небольшой базы Терентьевых островке, расположенном в одном из притоков реки, и последовавшей за этим схватки, я одобрительно хмыкнул — всё же не везде и не всегда проблему можно решить парой перерезанных в ночном мраке глоток, хитросплетений интриг и прочими столь порицаемыми, но столь популярными методами выяснения отношений среди аристократов. Вон, даже весьма многоопытный бывший сотрудник Тайной Канцелярии иногда вынужден действовать простой грубой силой, не найдя иных способов решения проблемы — иначе никто бы не стал штурмовать остров.

Рассказ мары закончился на том, что они, приведя на скорую руку весьма пострадавшего Влада и её саму — пара вражеских Мастеров бежала, едва поняв, что их старшие товарищи мертвы, но ранить девушку всё же успели — отправились в город, где Смолов оставил их в какой-то непримечательной дыре, расположенной на границе с трущобами, а сам отправился дальше, разбираться с ситуацией. Больше моя слуга ничего конкретно по итогам этой операции не знала — рассказывать что-либо остальным Смолов не стал, а они настаивать не рискнули.

Что ж, скоро я всё узнаю из первых уст, ибо мы уже подъезжали к небольшому, уютному двухэтажному дому с небольшим садом. И, что характерно — на воротах висели Родовые гербы Николаевых-Шуйских. Шустро, шустро…

— Это арендованный или?.. — поинтересовался я.

— Наш, — с ноткой гордости ответила мара. — Прежние владельцы, скажем так, сильно раскаялись в том, что решили доставить вам некоторые неудобства — и в знак своей искренности преподнесли нашему Роду этот особняк. Ну, не только особняк, но об этом вам лучше спросить Смолова.

— Побольше б таких раскаявшихся, да среди высокого дворянства — жили б не хуже королей, — улыбнулся я.

А ведь мара теперь всерьёз ассоциирует себя с моим Родом. Не как прежде конкретно со мной и ничем больше, а со всей постепенно разрастающейся и крепнущей организацией — ведь Род это не просто кучка дворян или бояр одной кровной линии, совсем нет. Ошибаются те из аристократов, кто думает что именно так, причем весьма опасно для себя заблуждается… Род — это все те, чьи жизни и судьбы с ним связаны едиными интересами, едиными бедами и радостями, все те разумные, что живут под его сенью — мирно трудятся, сражаются за него, работают в тенях, торгуют или занимаются какой-либо ещё деятельностью. И в начале, когда я только его основал, мара относилась ко всему этому с равнодушием — мол, я слуга Аристарха Николаева-Шуйского, а остальное может гореть синим пламенем. А теперь глядите-ка на неё — наш особняк, наш Род… Хороший, очень хороший знак, как по мне.

Въехав на территорию особнячка, я вышел из экипажа и встретился взглядом с Петром Смоловым. Высокий, худой мужчина с печатью накопившейся усталости и отпечатками в ауре, свидетельствующими о недавней попытке в очередной раз установить контакт с элементалем воздуха… Причем попытке неудачной — засранец с другого плана бытия весьма чувствительно щелкнул моего человека по носу…

— Добрый день, господин, — коротко поклонился Смолов. — Весьма рад вашему возвращению… Полагаю, Алтынай уже поведала вам о том, откуда на балансе рода появился этот дом?

— Да, — кивнул я, протягивая руку Петру. — Но, думаю, тебе и без этого найдется, что мне рассказать, верно? Жажду услышать подробности насчет дела Терентьевых. Я так полагаю, там имеются неприятные нам нюансы, верно?

— К сожалению, да, — подтвердил он.

— Тогда показывай, где тут рабочий кабинет, — зашагал я внутрь — Поговорим обстоятельно. Кстати, что там с крейсером?

— Работы в самом разгаре, и мастера уверяют — это отличный вариант для имеющегося у нас алхимреактора… Вообще, полагаю, в свете имеющихся у меня для вас новостей — он может нам очень скоро понадобиться…

Глава 20

— Думаю, в общих чертах Алтынай вам уже поведала о наших приключениях, господин? — полуутвердительно поинтересовался Смолов, когда мы остались вдвоем.

В кабинет на втором этаже мы поднялись вдвоем. Петю и Алтынай по моему взмаху остались внизу — парень с горящими глазами принялся рассказывать маре о красотах имперской столицы, та же, поддерживая максимально равнодушное выражение лица, слушала паренька.

— Да, — кивнул я. — Есть что-то, что я должен знать дополнительно? Вроде Род Терентьевых не тянет на большую проблему для нас. Сильно сомневаюсь, что после устроенной тобой трёпки им хватит духу на ответные шаги — их Глава и один из Старейшин убиты тобой, причем на территории, где все преимущества были за ними. Что тут можно сказать об их шансах на противостояние нам здесь, в Сибири? Игнатьевы, несмотря ни на какие соглашения и связи с этим Родом, в схватку с нами сейчас не полезут — это будет прямым нарушением воли Второго Императора, а вызывать его гнев для них смерти подобно. Да и даже если рискнут… Мы уже далеко не так слабы, как четыре-пять месяцев назад. Убери с доски их Архимага, и ещё бабка надвое сказала, чем кончится наша схватка, когда наш крейсер будет готов. Что я упускаю?

— Игнатьевы, господин, как вы верно заметили — нам не угроза. Уж точно не сейчас, — кивнул мой слуга. — Но ведь есть не только они, господин. Конкретно в этом случае, как мне удалось выяснить, торчат уши Тайной Канцелярии Императора. Ныне покойный Глава Терентьевых — бывший сотрудник этой организации, да и вообще представители этого Рода охотно идут служить в мою бывшую контору. Да, звёзд с неба они там не хватали и действительно высоких должностей эта семейка никогда не достигала, из-за чего и была всегда третьеразрядным Родом в Царицыно. Но когда я пришел в приёмную генерал-губернатора провинции и заявил, что у меня сообщение Его Светлости, меня промариновали в приёмной семь часов. И это при том, что я сразу же доложил о характере своего дела — война между двумя Родами дело, требующее разбирательства на самом высоком уровне, если сцепившиеся фамилии из себя хоть что-то представляют.

— А что тебя удивляет, друг мой? — поднял я брови. — Ты ожидал, что генерал-губернатор, Архимаг царской фамилии, тут же кинется слушать твой доклад о том, что какие-то без году неделю существующие Николаевы-Шуйские из Сибири, что-то не поделившие с затрапезным Родом, пусть и из его собственной губернии? Да делать ему больше нечего — ради подобных пустяков персоны его калибра даже от партии в дурака не оторвутся! На то у них имеется целый штат вышколенных подчиненных — какого-нибудь третьего заместителя с лихвой хватит для подобных малозначимых дел. Вот уж от кого, а от тебя неосведомлённости в подобных вещах я не ожидал.

— Вы действительно хорошо понимаете суть бюрократической системы, господин, — кивнул Петр и продолжил. — И если бы всё было бы именно так, как вы сейчас подали, то я бы признал, что неправ. Но я четко и ясно заявил, что убил Главу Рода в бою, что у меня имеются доказательства незаконного похищения члена нашего Рода, координаты тайной базы неподалеку от города, где проводились темные ритуалы и практиковалась, вероятнее всего, незаконная темная магия… А вот уже подобное — его прямая компетенция. Так что послали бы не третьего зама, а как минимум второго, а то и первого. Вот только проблема, господин, как-раз таки в том, что не послали никого.

— Ладно, давай уже перейдем от поучений и недосказанных заявлений к сути дела, — поморщился я. — В чем суть проблемы-то?

— Канцелярия в курсе вашего секрета на тему пересадки сердец, — перешел он наконец к делу. — И это очень плохо — ибо секреты подобного масштаба, а насколько я понял из ваших объяснений это весьма прорывная и могущественная магическая технология, что позволяет кратно повысить срок жизни высших магов и дополнительно усилить их магические способности — это уже сведения стратегического характера. Подобные знания способны в обозримой перспективе, за пятьдесят-семьдесят лет, основательно перетасовать колоду великих держав. Возвысить одних, ослабить других, вовсе выкинуть из этого элитного клуба третьих, сделав государствами второго эшелона… Господин, на вас начнется самая настоящая охота, и я, признаться, нахожу только одно объяснение тому, что вам позволили вернуться из столицы.