Ферма механических тел: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Генрика, Бран проводит вас в вашу комнату, — вырвал меня из невеселых размышлений бас изобретателя, а я опешила.

— Я буду жить здесь?

А я-то уже морально приготовилась сражаться за угол с заносчивыми консьержками верхней части Тагарты.

— Тебе ведь ни к чему лишнее внимание тайной полиции? — веско вопросил Ли Мэй.

Так-то оно так. Здесь не трущобы, здесь даже если мне сдадут комнату, то не преминут на всякий случай доложить куда надо о вселении подозрительной гражданочки, не внушающей доверия наружности. Но также это означает, что…

— Пределы фермы мне лучше не покидать?

— Можем подумать над альтернативами, если пожелаешь, — Ли Мэй виновато развел руками, но я поспешно его оборвала.

— Нет!

Я вообще-то не склонна признавать долги, не заверенные нотариально, но еще немного подачек со стороны инквизитора, и я начну против воли чувствовать себя ему обязанной. Расплатиться все равно не смогу, а задарма пользоваться добрым расположением такого святоши — откровенное скотство. К тому же это небольшая плата за возможность в будущем выбиться в люди.

— Я и не мечтала о подобном шансе. Только вот каковы нынче цены на корпоративное жилье с полным пансионом?

— Заоблачные, — с гномьей прямолинейностью подтвердил мои опасения мастер Дедерик и упер руки в боки. — Поэтому предлагаю сойтись на проживании за работу подмастерьем.

Я согласилась сразу же. Может, стоило оговорить конкретную цену или процент от зарплаты. Но я в университетах не училась, и об экономике знаю только, что она должна быть экономной.

Мастер Дедерик дернул какой-то рычаг около стола, и спустя пару минут в кабинет вошел давешний гном-мажордом. Выслушал указания господина, данные на наугриме, ударил себя в грудь и приглашающе махнул мне рукой на выход.

— До встречи, Анри, — тепло улыбнулся Ли Мэй и от уголков его глаз разбежались морщинки-лучики.

Я в смешанных чувствах криво улыбнулась в ответ, подхватила рюкзак и проследовала за Браном. Он вывел меня на галерею над парадным входом и широкой лестницей в индустриальном стиле, ведущей на второй этаж.

— Восточное крыло, — сообщил мажордом на анталаморском языке с сильным акцентом, делающим все согласные звуки твердыми, и махнул рукой на противоположную от нас стену с металлическими дверьми. Должно быть, это как раз та часть особняка с застекленной крышей, похожая на вокзал. — Там располагаются цеха по производству механических конечностей и заводных игрушек. Парк за восточным крылом определен непосредственно под ферму механических тел, где изучается коррозия протезов и имплантов в различных условиях. Сюда ход воспрещен.

Я понятливо кивнула болванчиком. Если меня здесь прячут от тайной полиции, то логично, что показываться на глаза всем работникам фабрики не стоит. Бран развернулся и повел меня обратно, мимо кабинета изобретателя.

— Западное крыло жилое. На первом этаже располагаются кухня, трапезная, используемая только во время торжественных приемов, и игровой зал, где мейстер проводит деловые встречи. На втором этаже кабинет мейстера, его покои, библиотека и гостевые комнаты. Вам сюда.

Мы прошли по коридорам вглубь особняка. Я, повинуясь приглашающему жесту Брана, толкнула одну из дверей и присвистнула. Небольшая комната с грубой мебелью и кирпичными стенами мне, не имевшей никогда собственного угла, показалась хоромами.

Под окном-эркером стояла одноместная кровать и тумбочка с ночником. Правую стену занимал письменный стол с открытыми книжными полками над ним, левую — монументальный комод и еще одна дверь. Не веря собственному счастью, я заглянула за нее и чуть не застонала от блаженства. Ванна! С водопроводом!

— На цокольном этаже располагаются лаборатории. Туда вам тоже ход воспрещен, за исключением особых указаний мейстера, — продолжил инструктировать меня мажордом. — Завтра в восемь я провожу вас на завтрак. Остались ли у вас еще какие-нибудь вопросы, Генрика?

Я единственная ученица гениального изобретателя. У меня есть собственная комната в верхнем городе и даже ванна. Ко мне обращаются на «вы» и провожают на завтраки. А еще я теперь фактически член Лиги антиимпериалистов. И всем этим я обязана инквизитору, который в любой другой ситуации сдал бы меня бобби.

Да, у меня остался один-единственный вопрос. Как меня угораздило во все это вляпаться?! Но не думаю, что кто-либо сумеет дать мне на него более вразумительный ответ, чем сакраментальное: «это же я». Поэтому я лишь помотала головой. Бран отсалютовал и чеканным шагом удалился.

Я заперлась и еще раз слегка потерянно оглядела свои владения. Поршень мне в выхлоп, я уж и не помню, когда в последний раз спала на кровати, а не в наркозном кресле или на клоповом матрасе. Не заморачиваясь, вытряхнула все свои немногочисленные пожитки в один ящик комода. Отдельно сложила мехаскелет и завела будильник.

Рассеянно понаблюдала за ходом стрелок и вспомнила об Эрике. В горле запершило, но оплакивать свою сгинувшую добропорядочность уже поздно и вообще контрпродуктивно, поэтому я напомнила себе, что у меня есть проблемы более насущные. Например, Башня Бенни, чтоб его на том свете отцентрифужило.

Согласно енохианской доктрине, дух человека после смерти скитается по земле девять дней, после чего уходит в астрал. Или не уходит, если его держат среди живых крайне важные неоконченные дела. Надеюсь, моя скромная персона не станет причиной возвращения моего кошмара детства из мертвых.

После его смерти Башня Бенни ни разу не почтил меня своим присутствием. Но что будет, если он явится? Меня перекосило. Придется идти на поклон к Тешу, вымаливать защиту посильнее подвески. Или обратиться к Ли Мэю? Он, конечно, не экзорцист, а инквизитор, но защитные сигилы должен уметь наносить.

Ага, кому должен — всем прощает! С чего я решила, что он вообще станет решать мои проблемы? Долг передо мной он вернул сполна, сведя меня с мастером Дедериком. А мое согласие помогать проектировать автоматона — не одолжение ему, а мой собственный осознанный выбор. У него нет причин помогать мне и дальше. Или у хороших людей это как-то по-другому работает?

Поджав губы, я перестала, наконец, пялиться в будильник, и отправилась навстречу блаженству. То бишь нежиться в ванную. Выбралась оттуда лишь три часа спустя, сияющая, как новенькая монетка и душистая, как летнее разнотравье.

Обессилено бухнулась в кровать, но мне вдруг вспомнилась примета деревенских девок. И я, чувствуя себя клинической идиоткой, прошептала «в ночь на новом месте приснись жених невесте». Но положить расческу под подушку забыла, поэтому вместо этого приснился мне Эрик. Не прозрачный и счастливый. Со своей семьей.