Тень Белого Тигра: читать начало книги онлайн

– Заберём его позже, – выдохнул он и перекрестился, посылая в небо молитву на родном языке.

– Что? – не поняла Йонг. Перу хмыкнул и вдруг подмигнул ей.

– Не знаю, за что ты воюешь, бэла, но мы поможем сейчас.

Йонг запоздало поняла, что иноземцы хотят присоединиться к битве в низине, и вскочила, мотая головой. Перу и Хольхе, да и все остальные, рылись в стоящей недалеко телеге, искали ржавые вилы и мечи поудобнее, словно позабыв о трупах асигару, которых только что убили своими руками, и о трупе своего друга, сражённого словно в насмешку над ними. Словно судьба предупреждала их, а они не слышали и не слушали: не стоит соваться на войну, которая не касается никого, кроме Чосона и Японии.

– Вы что делаете? – ахнула Йонг. – Нам надо бежать отсюда быстрее ветра!

– Тише, бэла, – осадил Перу. – У нас говорят: если хочешь славы, не задерживайся в постели.

– Что?..

– Он говорит, – пояснил терпеливый Хольхе, – мы, народ горячий, рисковать умеем и знаем, что делаем. Зря, что ли, тащили с собой эти ржавые иголки!

– Да какой от них толк! – разозлилась Йонг.

Кричать, привлекая внимание, было глупо, но смельчаки, что достались ей в невольные подопечные, уже подняли столько шума и звона, что не заметить их мог только совсем глухой. Впрочем, оставалось надеяться, что прямо сейчас отряд Чунсока отвлекает японское войско куда более важными делами.

– Нет, стойте. – Йонг кинулась наперерез уже заворачивающим за угол храма иноземцам, вооружённым только старым оружием. Такое не проткнуло бы и холщовый мешок с рисом, а уж рассчитывать на то, что они смогут вонзиться в тяжёлые доспехи японских воинов, не стоило тем более. Там, внизу, с отрядом Чунсока бились не простые асигару, а мужчины опытнее, самураи должно быть. Против таких отпускать иноземцев не стоило.

– Ай, бэла, – цокнул Перу. – Ты вроде смелая, воин. Не веди себя как курица на насесте.

– У нас говорят: даже если тигр загнал тебя в угол, успокойся – и сможешь выжить, – выпалила Йонг, вскинув руки. Ледяные пальцы упёрлись в грудь Перу, обтянутую грязной прохудившейся рубахой, поверх которой был накинут плащ имперского воина. Такой худой! Йонг чувствовала каждую тонкую кость в теле иноземца, обтянутую тонкой же кожей. Ну куда им сражаться, с кем?..

Йонг отвечала за них, за каждого из этих глупцов, что хотели ринуться в бой, уставшие и неподготовленные. Если ещё день назад она гадала, сможет ли уговорить иноземный отряд присоединиться к борьбе Чосона и Японии, то теперь готова была откусить себе язык за брошенные в запале слова. Со своим капитаном или без него – эти люди, похоже, желали драться и умирать, не имея веского на то повода.

– Если вы погибнете там… – выдохнула Йонг, и Перу накрыл её руку своей ладонью, шершавой от многолетних мозолей, которые он заработал на каторге в безымянной тюрьме. Йонг вскинула голову, упёрлась в лицо португальца испуганными глазами. Те наливались серо-белым цветом, насыщались Ци металла, только Йонг этого не замечала. Зато замечали остальные, те, кто следил за ней почти месяц в затяжном походе.

– Бэла, – проговорил Перу, – сыта-коль, а? Ты освободила нас, теперь позволь нам освободить тебя. Мы поможем сейчас и пусть погибнем, это будет наш выбор. Смелая смерть лучше трусливого спасения, сэ?

Йонг моргнула, думая, что сейчас расплачется от внезапной силы услышанных ею слов. Но слёз не было, грусти не было, переживания вдруг стали несущественными. «Вы должны помочь мне в другом деле, – рассердилась она не к месту, – не в этом внезапном сражении!»

– Не слушай его, бэла, – расхохотался вдруг Хольхе, – он слащавым речам научился в доме кисэн, а теперь на тебе тренируется, вспоминает! Женщины падки на смелые речи, а он просто хочет хорошенько подраться!

– Мер’тонъ, – проговорила Йонг и опустила руку с груди Перу. – Я не смогу вам помочь, я слишком…

– Ты и не должна, бэла! – Казалось, иноземцы даже разозлились. Перу и Хольхе переглянулись, окликнули раздающего оружие Коби-руана: – Эй!

Йонг осталась стоять на возвышении у храма Дерева, наблюдая, как люди, которых некоторое время она робко считала своими, спускаются вниз с горы и мчатся навстречу сражению. Всё, что она задумывала, шло не по плану. Чунсок, вероятно, обругает её последними словами.

Хаджун нашёл сбежавшего коня и привёл к Йонг, вдвоём они положили в седло тело погибшего Даби. Йонг говорила с ним всего раз за всё путешествие и теперь не могла решить, чувствовать ли вину за это или, наоборот, облегчение: не знать человека и потерять его было, наверное, проще, чем знать хорошо и всё равно потерять.

Сейчас она не могла позволить себе печаль, и слёзы по погибшему не помогут ему. Великий Лазурный Дракон. Либо в её сердце не осталось любви и сострадания, либо имуги съел их вместе с Ци.

«Главное, – думала Сон Йонг, вскакивая на коня снова и хватаясь за поводья дрожащими руками, – чтобы эти идиоты выжили. Может, их защитят воины дракона, раз они сильнее обычных людей?..» Прежняя Йонг никогда не стала бы рассуждать так цинично и опрометчиво, когда дело касалось чужих жизней. Особенно если дело касалось чужих жизней, тех, кто ей доверился.

Она решит, что делать с собой, очерствевшей, позже.

Рэвона Йонг и Хаджун вместе с конём и вещами в тюках нашли у заледеневшего устья реки Хан, восточной её части. Он придерживал коня, которого забрал вместе с Харин, сбегая из храма.

– Где вы были? – выдохнула она, останавливая коня. Звуки битвы стихали вдали, но Йонг вслушивалась в них так яростно, будто хотела повернуть коня и ринуться на помощь к Перу и остальным. За Чунсока она почти не переживала, за воинов дракона была спокойна. Но Перу и его друзья…

– Ой, – охнула Харин, выглянув из-за плеча застывшего Рэвона. – Это что, это…

– Его звали Даби, – тихо сказала Йонг, – и он погиб, защищая храм Дерева.

– Сколько людей гибнет… – медленно проговорил Рэвон. Сонбэ, не заводи опасные речи. – …Чтобы спасти тебя, хубэ.