Кирилл вздохнул и потёр глаза, положив посох на колени.
— Ладно, значит, подождём столько, сколько Лерх скажет. Надеюсь, за несколько дней не случится ничего, что приведёт нас к гибели, — он поднял взгляд на Хальвдана. — Чего веселишься? Может, ты порадуешь чем?
Сказал, как холодной водой окатил. И так день выдался — поганее некуда, а тут ещё недовольство и раздражение Кирилла только на одну ухмылку. Как будто не знает, что ни он сам, ни Бажан толком с дороги не успели прийти в себя, а отдыхал ли старик хотя бы ночью — это и вовсе бабка надвое сказала. Только вернулись в детинец — и тут же снова напряжение, как перед боем.
Выпустив из пальцев оголовок секиры, Хальвдан приблизился к Кириллу и обернулся на Бажана, призывая тоже подойти.
— Сегодня мы почти поймали того арияш в «Одноглазой вороне». — Бажан заметно встрепенулся, а князь выпрямился. Его глаза сверкнули заинтересованностью. — Только он ушёл через окно в потайной комнате. Я отправил на его поимку почти половину всех стражников. Они прочешут все улицы.
Кирилл было расслабленно улыбнулся, но потом, немного поразмыслив, помрачнел.
— Думаешь, не поймают?
Хальвдан покачал головой одновременно с впавшим в крепкую задумчивость Бажаном.
— Не хотелось бы. Но это возможно.
— Не поймают, — буркнул Бажан так уверенно, что в душе пропала последняя надежда. Хальвдан повернулся к нему.
— Считаешь, наши стражники так уж бестолковы?
— Дело не в этом… — вздохнул воевода. — Просто… — он поморщился и вздохнул ещё раз. — Ладно, изловить мы его не сможем наверняка. Искать арияш ночью — всё равно, что чёрную кошку в тёмной клети. Но я знаю, кто может помочь найти его потом.
В груди от смутной догадки глухо толкнулось сердце. Будто на свободу в один миг вырвались все сомнения. Хальвдан уже знал, какое имя назовёт воевода, но продолжал гнать от себя эту мысль.
Бажан, словно почувствовав напряжение Хальвдана, глянул на него и продолжил:
— Млада может знать, где искать того арияш.
Князь свёл брови, его лицо вытянулось. Посох, соскользнув с колен, глухо ударился о пол и Кирилл не сразу поднял его.
— Почему ты так решил? — нарушил возникшую тишину Хальвдан, внимательно всматриваясь в изрезанное тенями лицо воеводы.
— Да потому что она тоже арияш, тупоголовый ты болван! — повысил голос Бажан, но тут же взял себя в руки. — Я ей обещал ничего не рассказывать, потому что здесь она никому не хотела зла. Но сейчас… — он махнул рукой. — Сейчас это уже неважно.
— Так вот, почему… — будто сам себе, пробормотал Кирилл, глядя перед собой.
— Да. Она не просто арияш. Она Грюмнёрэ.
Под дых как будто ударил увесистый кулак, и плечи сгорбила страшная тяжесть. Хальвдан неосознанно провёл ладонью по лбу и всего лишь на мгновение закрыл глаза. Пол под ногами словно качнулся. Час от часу не легче… Одна из Грюмнёрэ, о которых всегда ходило столько легенд, что лучше не слушать. Особенно много — в Ариване. Там их боялись так же сильно, как и восхищались ими. Они казались выдумкой, хоть и едва ли не все убийства влиятельных людей приписывали именно им. А сейчас мало того, что Вигена убил Грюмнёрэ, так ещё и Млада оказалась одной из них.
Хальвдан поднял взгляд и повернулся к Бажану.
— Сам-то ты откуда это знаешь? — на губах против воли снова расползалась ухмылка. Удержать бы её, содрать вместе с кожей. Улыбаться сейчас вовсе не хотелось, но будто в издёвке над самим собой Хальвдан продолжал делать вид, что ему и правда интересно, откуда воевода знает о Младе так много. И скалился, пряча отчаяние, что разрасталось внутри, как какая-то хворь. Наверное, первый раз в жизни он чувствовал себя таким потерянным.
А Бажан только дёрнул плечом и снова расчесал пальцами бороду.
— Я сам в прошлом был арияш. — В его словах не было сожаления. Только горечь давно минувших дней. — Больше двадцати лет назад. И уж научился отличать обычного наёмника от того, у кого в душе пусто, как в твоей башке, когда ты входишь в охоту при виде круглозадой бабёнки.
Хальвдан сжал зубы, удерживаясь от ответной дерзости, и глянул на Кирилла, но на его лице не дрогнула ни одна мышца.
— Ты знал.
Князь только кивнул. Конечно, он не мог не знать, ведь его отец отдавал сына под присмотр бывшего убийцы. И должен был его предупредить. А Хальвдану князь рассказать подноготную Бажана не посчитал нужным. Да разве его прошлое теперь имело значение? Только жизнь Млады вбивалась в виски ржавыми гвоздями.
Она даже не воин. Убийца. И могла бы быть на месте того, кто сейчас скрывается от стражи на улицах Кирията. Арияш, которого Хальвдан сам придушил бы голыми руками, попадись он на пути.
— Отправьте за ней кого-нибудь из кметей. Чтобы через двое суток была тут. — Кирилл поднялся и направился к двери. Но, уже взявшись за ручку, обернулся и посмотрел на Хальвдана. — Говоришь, тебе всё равно, кто она?