Селестия: Врата осознания: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пролог

На улице стояла приятная весенняя погода. За окном щебетали птицы, звонким голосом доносилось пение соловья. Солнце ослепительно светило, но при этом не достаточно тепло, чтобы можно было скинуть тяжёлые зимние куртки, от которых так хочется, наконец-то, освободиться. Ранний весенний ветерок всё ещё заставлял людей носить одежду, не позволяя им расслабиться. Но жаловаться было некому, сейчас была типичная погода, характерная для средней полосы.

Вдруг прозвенел школьный звонок и птицы, что так радостно трещали, взлетели, подняв лежавшие на земле слои пыли. Спустя пару минут, из школы повалили радостные школьники. Им было из-за чего радоваться. Пятница, окончание учебной недели, а это значит, что у них впереди есть два полных выходных и полдня пятницы, для того, чтобы отдохнуть от учёбы. Кто-то спешил сесть в машину, кто-то бежал к городскому транспорту, чтобы успеть к нему, а не стоять и ждать его ещё минут 20. Были и те, кто жил недалеко, а потому они никого не дожидаясь, отправлялись домой.

Но большинство же школьников шли в компании со своими приятелями, радостно обсуждая всякую всячину и лишь малые единицы вышагивали в гордом одиночестве, стремясь как можно скорее покинуть территорию школу. К последним относился и я. Не то чтобы у меня не было того, с кем я мог бы пойти домой, но…. Не знаю почему, мне казалось, что они не друзья. Так, знакомые, с которыми можно пообщаться в школе, или погулять на выходных. Кто-то скажет, так это и есть друзья. Может быть, может быть. В любом случае у каждого своё собственное понимание того, кто друг, а кто нет. В свою же очередь я так же не ждал от них проявления признаков настоящих друзей. Если были проблемы, я решал сам, если были у них, я дистанцировался. Быть может, это странно, но кто знает. А спросить у них напрямую, считают ли они меня друзьями, мне…. мне не хотелось, мне было страшно услышать ответ.

Даже если бы ответ был положительным, а так, скорее всего и было, мне…. мне очень не хотелось нарушать то, что было у меня в голове. Мне так было спокойней. Я мог положиться только на семью, а они на меня. Может быть, пойди я с друзьями, всё могло случиться по-другому, но что горевать-то теперь? В общем, мне было так спокойней, считать их знакомыми, приятелями. Кем угодно, но не друзьями. Надеюсь и они считали меня таким, а потому, не будут сильно грустить. Жаль семью…. А почему их жаль? Кто… кто моя семья? Кто они? О ком я подумал?

Да… Видимо моя жизнь подходит к концу. Не зря говорят, что перед смертью жизнь проносится перед глазами. Именно это я сейчас и ощущаю. Хорошо хоть песня играет хорошая, жаль, что я слышу её в последний раз. Всё же, наушники были не виноваты. Я шёл по дороге, соблюдая все правила безопасности, но и это не помогло. Выскочивший на дорогу ребёнок, тупая мамаша, что не уследила за своим ненаглядным чадо, разговаривая по телефону и автомобиль.

Нет, я не помчался спасать ребёнка, как можно было предположить, я не успел об этом даже подумать. Я шёл довольно далеко в стороне, слушая музыку и уверенно шагая домой. Тогда откуда я знаю такие подробности? В момент полёта мой взгляд метнулся, остановившись на водителе, который осознал что произошло. В его взгляде можно было увидеть всё: от страха и ужаса, до сожаления и отчаяния.

Буду надеяться, что этот человек действительно не виновен, а сбил он меня всего лишь по чистой случайности. Мой взгляд хотел было наткнуться на других участников происшествия, однако я упал на асфальт. Теперь мой взгляд упёрся в белоснежные облака, в солнце, что совсем не слепило мой взгляд, а наоборот, приятно ласкало, словно сожалея о моей преждевременной кончине. По крайней мере, мне приятно было так думать.

Повезло, что я упал лицом вверх, не хотелось бы, чтобы мой последний миг я смотрел в пустоту, мрак и отчаяние, подразумевая, конечно, под этим тёмный асфальт. Но именно так он мне сейчас представлялся. Асфальт действовал словно трясина, затаскивая вглубь себя и не давая вырваться. Он был ледяным, неприятно душил меня, и при этом заманивал внутрь себя. У меня было такое ощущение, что он поглощал мою душу, упиваясь человеческими страданиями. Видимо это ему доставляло особое наслаждение. То-то он мне всё никак не давал потерять сознание.

Однако страха не было, меня, словно покинули все проблемы, все неприятные моменты, что хранились в моей памяти — пропали. У меня вообще всё пропало. Все воспоминания, которые связывали меня с этим миром — они все пропали. Вот как…. Видимо, так и происходит смерть. Интересно, а выдумки людей, про то, что призраки это люди что не смогли принять свою смерть — правда? Кто вообще был тот человек, что придумал это? Был ли он на краю смерти? Если да, то он явно соврал. Все воспоминания пропадают, а остаются лишь мысли, что помогают коротать время в ожидании конца.

Солнце что и так не сильно грело, теперь совсем перестало давать тепло. А быть может, это из меня начали пропадать последние частички тепла? Моя голова, словно против моей воли стала поворачиваться в бок. А быть может она всё время лежала на боку, просто я отказывался это признавать. Мой взгляд упал на кровь, что вытекала из меня. Так вот оно что. Кровь…. Именно она не давала теплу покидать мой умирающий организм.

Так солнце ли грело меня всё это время? Или это была кровь, что не давала мне остыть? Получается ли, что мы все ходячие трупы и что мы живы только до того момента, как наше тело не покинет кровь, до того момента, пока она не перестанет давать своё тепло? Никогда не задумывался над этим, но кровь необычайна прекрасна. Солнце что сейчас не давало мне тепла, всё так же продолжало меж тем дарить свой чистый свет.

А кровь, казалось, словно черная дыра поглощала в себя без остатка солнечный свет. Никогда не задумывался над этим, но именно сейчас она кажется наиболее заманчивой. В тот миг я забыл обо всём, о небе, о мыслях, что занимали меня, весь мой разум был поглощен этой манящей кровью, что вытекала из меня.

— Ты веришь в бога? — послышался голос.

— А? — я был так увлечён представшим передо мной зрелищем, что суть слов не смогла добраться до моего сознания.

— Ты веришь в бога? — послышался ровно такой же, как и в прошлый раз вопрос.

— Не знаю, — мой ответ был искренний. Я не мог ответить на этот вопрос. Но не потому что я не хотел, а потому, что я попросту не знал ответа.

— Маркус опять ты за своё? — послышался недовольный голос сестры.

— Оставь его Анна, человек должен сам прийти к ответу, — произнесла сестра, которая читала молитву вслух.

Я поморгал глазами и увидел то же самое, что видел, перед тем как закрыть глаза. Кучка сиротских детей, стоящих на коленях и молящихся богу. А вот сестра, что читала молитву, сейчас смотрела на меня с присущем ей милосердием. Я поднял взгляд и увидел рядом с собой сестру Анну, которая была слишком буйной для того, кто зовёт себя сестрой милосердия. И это не только мои слова, так многие думают, просто боятся сказать, чтобы не попасть под раздачу.

— Но сестра! Он опять взялся за своё, — возмутилась Анна так, словно она ни в чём не виновата.

— Анна успокойся. Мы воздаём утреннюю молитву, не буянь, пожалуйста, — чуть нахмурив брови, сказала старшая сестра.

— Потому ты и болеешь, что не веришь в бога, — буркнув, произнесла Анна.

— Анна! — повысив голос, произнесла старшая сестра и не одобряюще посмотрела на Анну.

— Прошу прощения, — пискнув извинения, Анна стремительно удалилась.

Я проводил её взглядом, после чего перевёл взгляд на сестру. Она одобрительно улыбнулась, и произнесла:

— Давайте продолжим молитву.

После этого все опять принялись что-то шептать. Я же в свою очередь сложил руки в молитвенном жесте, задумавшись при этом полностью над другой вещью. Опять этот сон. Или не сон, а воспоминания? Почему я так хорошо помню этот момент? Это я или нет? Хотя чего ломать голову? Мне в любом случае это неподвластно узнать.

Всё равно ведь я уже пришёл к более-менее сносному ответу. По рассказам сестёр меня нашли около двери ранним утром. Самый обыкновенный подкидыш. Нас тут таких много. Есть и те, кто потерял родителей, но не об этом сейчас разговор. Так вот, меня нашли рано утром, а ведь всю ночь шёл дождь, гремел гром, завывал ветер, и сверкала молния. Есть у меня предположение, что я пролежал на пороге не один час. Сестры просто не услышали стука в дверь, если он вообще был.

А когда они меня обнаружили, я был весь бледный и холодный, лишь чудом не иначе сумев к тому моменту не окочуриться. Меня отогрели и обогрели, но предыдущее состояние не могло не сказаться на здоровье. Я довольно часто болею. А когда не болею, даже тогда не могу похвастаться отменным состоянием. А потому, то, что я спокойный, и даже непогодам рассудительный, списывали на плохое здоровье. Мол, я не очень активный ребёнок, а потому есть время подумать и погрустить.