— Сиди смирно, заяц! — огрызнулся он. — Что ты все крутишься да вертишься? Если посмеешь притронуться ко мне еще раз, я не стану тебя убивать, а выброшу из ямы: небо упадет и раздавит тебя в лепешку!
Заяц угомонился ненадолго, а потом протянул лапку и давай опять щекотать тигра. Рассвирепел тигр, схватил зайца за лапки, раскачал и выбросил из ямы. А зайцу только того и надо было! Помчался он в деревню и рассказал охотникам про тигра. Пришли охотники с копьями да стрелами и убили тигра.
Проделки хитроумного зайца
Задумал как-то заяц чем-нибудь вкусненьким поживиться. Долго он бегал по джунглям, но так ничего вкусного и не нашел. Решил он тогда побежать в поле, где росли бататы, да полакомиться сладкими клубнями. Невдомек было голодному зайцу, что хозяин сидит в хижине неподалеку и сторожит поле. Схватил хозяин вора, а заяц зажмурил глаза и притворился мертвым. Повернул его хозяин и так и этак — не шевелится заяц.
«Видно, сдох, бедняга», — подумал крестьянин и понес зайца, чтобы зарыть подальше. По дороге попался ему постоялый двор. Бросил хозяин зайца под деревом, а сам зашел выпить чего-нибудь. Только захлопнулась за крестьянином дверь, а заяц вскочил и припустился в чащу.
Несколько дней бродил он голодный по джунглям и решил рискнуть еще раз. Воришка тихонько подкрался к бататовому полю. Но… ой-ой-ой! Опять схватила его та же крепкая рука. Теперь хозяин, зная, что заяц любит притворяться, накрепко связал его и отнес в дом.
— Положи-ка этого хитреца в вершу, — сказал он жене, — завтра, перед тем как вознести молитву, мы его изжарим.
А чтобы надежнее было, велел придавить вершу большим камнем. Заяц ворочался, извивался, как мог, но выбраться из верши ему никак не удавалось. Вдруг он увидел, недалеко от верши в большой стеклянной банке плавает огромная рыбина, бьет хвостом и шевелит плавниками.
— Эй, рыбка! — тихонько позвал заяц. — Знаешь ли ты, что завтра настанет твой конец? Утром, перед тем как вознести молитву у алтаря предков[2], хозяин тебя изжарит! Лучше бы ты изо всей силы ударила по воде, разбила эту банку и поторопилась бы к пруду. Вот он, совсем рядом!
Испугалась рыба, подняла в банке невообразимый плеск, закачалась в воде, как на качелях. Банка треснула и разбилась. А рыба, подпрыгивая, двинулась к пруду. Заяц выждал, пока рыба добралась до воды, и закричал:
— Хозяин! Хозяин! Твоя рыба сбежала! Твоя рыба сбежала!
Заметался хозяин, не зная, что ему делать, а рыба тем временем преспокойно шлепнулась в воду. Впопыхах сын хозяина схватил вершу, выбросил из нее зайца и помчался рыбу ловить. Зайцу только того и нужно было: со всех ног бросился он в джунгли.
Бежал заяц, бежал и вдруг увидел перед собой широкую реку. По воде не побежишь, а переправиться не на чем. Пригорюнился заяц, задумался. Видит, крокодил лежит — отдыхает.
— Братец крокодил! Перевези меня через реку, за это отдам я тебе в жены мою сестру-красавицу.
Крокодилу слова зайца пришлись по вкусу, и он согласился. Прыгнул заяц крокодилу на спину и вскоре оказался на другом берегу. Соскочил он на — землю и говорит:
— Не такой я дурак, чтобы сестру-красавицу за этакое чудище выдавать.
Посмеялся заяц над крокодилом и был таков.
Рассвирепел крокодил, решил во что бы то ни стало отомстить зайцу.
Однажды пошел заяц погулять, и так ему пить захотелось, будто внутри огонь полыхает. Подошел он к реке, наклонился и стал пить. А крокодил еще издали узнал зайца и, прикрыв голову зеленой травой, осторожно подплыл к нему. Утолил жажду заяц, приметил рядом островок, на котором росла сочная трава, и решил полакомиться. Да тут же очутился в зубах у крокодила. Крокодил зарычал от злости. Но заяц не растерялся:
— Ну и глуп же ты, братец крокодил! — захохотал он. — Чем меня хотел напугать — рычаньем… Да рычанья-то даже дети и те не боятся. Ты попробуй сказать «ха-ха», да погромче. Это будет пострашнее.
Послушался крокодил зайца, раскрыл пасть, чтобы сказать «ха-ха», а заяц только того и дожидался. Мигом выпрыгнул он на берег и скрылся в лесу.
Как появился бетель
Давным-давно жили два брата — Тан и Ланг. Статью своей, повадкой и лицом они так походили друг на друга, что даже домочадцы иной раз их путали.
Отец братьев прославился на всю округу своим ростом, про него прослышал сам государь Хунг[3] и пригласил его явиться в столицу. И там государь пожаловал этому человеку имя Као, которое означает «высокий», щедро одарил его и отпустил домой.
А потом отец с матерью умерли, и остались братья сиротами. Старший брат Тан в это время учился у даосского наставника[4] Лыу, к которому отправился по настоянию отца еще незадолго до его кончины. И затосковал младший брат Ланг в одиночестве после смерти родителей: братья очень любили друг друга и не могли жить в разлуке. Поэтому стал Ланг умолять брата, чтобы тот упросил своего наставника разрешить им опять быть вместе. Согласился наставник Лыу, и стали братья вновь неразлучны, как прежде.
Была у наставника Лыу дочь на выданье. Захотела она узнать, кто из юношей — старший брат[5], и придумала такую хитрость: когда пришло время ужина, поставила она перед братьями только одну чашку риса и положила только одну пару палочек, а сама спряталась за циновкой и подглядывает оттуда. Видит, Ланг уступил Тану единственную чашку с рисом, и поняла, что этот юноша и есть старший брат.
С этого времени стала дочь наставника часто попадаться на пути Тана. И вскоре юноша и девушка приглянулись друг другу. Старый наставник дал согласие, и после свадьбы молодые люди переехали в отдельный дом, — а вместе с ними поселился, конечно, и Ланг.
Как и прежде, был Тан добр с младшим братом, но если раньше он не знал другой заботы, только как о Ланге, то теперь все переменилось и младшему приходилось все чаще и чаще оставаться одному. Грусть, обида и ревность поселились в душе Ланга, и жизнь уже не радовала его, как прежде.
В один из дней отправились братья вместе на охоту в горы и возвращались уже в сумерках. Первым шел Ланг, и как только ступил он на порог, навстречу ему выбежала жена брата и крепко обняла его. От неожиданности вскрикнул младший брат, и женщина поняла, что обозналась, и оба замерли в растерянности и смущении, когда вошел старший брат.
С той поры приревновал Тан жену к своему брату, И стало Лангу уже совсем невмоготу жить в доме брата, решил он оставить их и уйти, куда глаза глядят. Встал он как-то чуть свет, когда только забрезжил рассвет, отправился по нехоженой тропе, унося в сердце своем обиду на брата. Шел он день и другой и добрался к вечеру до большой реки. Река эта была столь широка, что другой берег чуть виднелся вдали, и кругом было пустынно, ни петушиного крика, ни собачьего лая не слышно. Невыносимо тоскливо стало Лангу, страх охватил его, но вернуться в дом брата он не хотел и уже не мог.
[2] Алтарь предков — столик, на котором хранятся таблички с именами умерших предков.
[3] Государь Хунг — один из восемнадцати правителей полулегендарной династии, существовавшей в древности.
[4] Даосский наставник (или отшельник) — последователь древнекитайского философского учения, впоследствии ставшего религией, распространенной в странах Юго-Восточной Азии, правда, менее популярное, чем конфуцианство или буддизм. Вобрав в себя древние народные верования, даосизм учил магии, заклинаниям и другим «волшебствам».
[5] Согласно обычаю, старший брат должен жениться первым.