Смотрю на её профиль. Аня абсолютно спокойна…
Вглядывается в розовеющий рассвет, проникающий сквозь еловые лапы и горные пики. Лучи солнца покрывают её бледную кожу прозрачной розовой тенью… Хрупкая, какая же она хрупкая и такая сильная одновременно с этим…
Не плачет, хотя я вижу припухлости вокруг глаз… ревела и это знание выворачивает меня на изнанку… она сдалась, но ни в чём меня не обвиняет, не срывается в истерику… хотя прекрасно понимает где и с кем я был этой ночью… она, блдь, всё понимает…
Дьявол! Всё, пзц, как плохо… какая же я мразь…
Проиграла, Аня считает, что проиграла нашу любовь, нашу связь, наше будущее… и жизнь свою проиграла…
Дурочка… Если бы она только знала, что значит для меня… Если бы хоть на миг влезла в мои мысли и моё нутро… она бы никогда не усомнилась в моих чувствах…
Но это невозможно и мне самому придётся возвращать её доверие, по крупицам собирать её разбитое сердце.
Сломал… всё-таки, блдь, сломал…
Маленькая моя.
— Я пришёл, чтобы объяснить всё, — с чего-то надо начинать.
— Не нужно, — ровно, спокойно произносит, но я чувствую, как Аня напряглась, — просто сделай это.
— Аня, выслушай меня, — внутри меня острые иглы вины пронзают, не могу видеть её такой — чужой, отстранённой… сломленной, — знаю, ты не готова была к тому, что увидела, да, мне нужно было рассказать тебе обо всём раньше, но… чёрт… я боялся, что ты отвернёшься от меня, я не хотел тебя терять и сейчас не хочу, — протягиваю к ней руку, чтобы просто дотронуться до неё, мне жизненно необходимо её касаться, но Аня резко отодвигается. Тяжело вздыхаю. Убедить мою девочку будет сложной задачей, но я справлюсь… я должен справиться.
Бес рычит, огрызается, скулит. Он справедливо винит меня во всём.
Дьявол, и с Волком своим я теперь в раздрае.
Блдь…
Ладно, попробуем опять с начала.
— Ты уже знаешь, что я буду следующим вожаком этой стаи и у меня есть определённые обязанности, которые наши отношения не отменяют, — продолжаю, не обращая внимания на Анин немой отпор.
Поворачивается ко мне и смотрит абсолютно нечитаемым взглядом, губы сжимает.
Закрылась от меня. Наглухо закрылась. Барьеры возвела… и только застывшее синее море её пустых глаз выдаёт бушующие внутри эмоции… её глаза показывают мне её боль… страшную боль, которую причинил ей я.
Руки в кулаки сжимаются от бессилия. Ни хрена!
Снесу все её барьеры и заслоны к чертям! Верну её! Снова завоюю!
Снова кричать будет подо мной, имя моё кричать, в любви захлёбываться! Пусть сейчас ненавидит, но пусть также сильно любит! Больше ничего не нужно, только это! С остальным я справлюсь.
Но сейчас мне некогда бродить по лабиринтам и подбирать ключ к её запертой ранимой душе, свадьба через два дня и Аня будет рядом, выйдет за меня! Также как и Руслана. Поэтому я иду напролом. Да, делаю Ане ещё больнее, но сейчас у меня выбора нет.
— Аня, я не могу делать только то, что хочется. У меня есть долг и я его выполню. Много лет назад я сделал предложение Руслане, тогда я не думал, что встречу тебя.
— Не нужно мне это всё рассказывать, не трать своё время. Если ты не собираешься меня убивать, значит, я могу уйти? Я хочу вернуться домой, — режет, рубит, убивает своими словами.
— Ты никогда не уйдёшь от меня, я не отпущу, — твёрдо спокойно произношу, хотя киплю внутри, — когда ты уже поймёшь — твоё место рядом со мной, Аня.
Хочу обнять её, успокоить, дать понять, что она одна мне нужна… но Аня не даст приблизиться, а силой сделаю только хуже…
— А её место где? — словами бьёт больно и точно в цель.
— Это долг, Аня, вы обе нужны мне и обе будете рядом, — даже не думай, милая, я не сдамся.
Она окидывает меня презрительным взглядом и смеётся… горько, надсадно смеётся и вдруг резко замолкает.