Проси помиловать тебя! Ну же, проси!
Одно слово, Аня!
Мысленно кричу ей, но она не слышит…
В груди всё жжёт, болит, полыхает…
Дьявол, Аня!
Гер рвёт её подвенечное платье, оголяя молочно-белую кожу спины, а у меня душа рвётся в кровавые нити.
С ужасом смотрю на прикованную к столбу Аню.
Кровь сворачивается в венах… нет, блдь, нет…
Ну же, проси помиловать!
Дьявол! Скажи хоть слово!
Аня!!
Но она лишь поднимает лицо к небу и снова едва заметно шевелит губами.
Жуткий страх пронзает кожу острыми иглами.
Смотрю на неё и понимаю — это конец.
Она ничего не попросит…
Холод, могильный холод наполняет меня…
Нет! К дьяволу всё!
Поднимаю руку и наклоняюсь вперёд — я остановлю этот ужас!
К чёрту законы! К чёрту вас всех!
Разорву всех! Не отдам её! Смерти не отдам! Только не это!
…но вижу, как Аня быстро обводит потухшим взглядом толпу и замирает… цепляется глазами… но… смотрит не на меня…
Робкая улыбка на мгновение озаряет её абсолютно белое лицо.
И я знаю, кому она предназначена…
Стас… чёртов Стас забирает у меня последнее, что она могла отдать мне… он крадёт у меня её последнюю улыбку… забирает прощальный взгляд её глубоких синих глаз…
Нет! Нет! Нет! Это всё моё! Мои синие омуты, моё бездонное синее море… моя Аня!
Кровь кипит и звериные когти рвут кожу…
Значит, ты всё-таки выбираешь его…
Нет! Не отдам! Никогда!!
Ревность и звериная ярость кипятком обжигают нутро… и рука сама резко опускается вниз, а через мгновение тишину разрезает резкое «жух»…
Глава 30