— Подожди, твои раны!
— Старые открылись. Давай тащи сабленосца и кролика. У первого, если что, острые кости на передних лапах, — устало сказала охотница.
— Да не это, подожди. Я могу их исцелить! — после этих слов девушка остановилась.
— Ты что? — она обернулась и удивлённо посмотрела.
— Я умею исцелять раны. Почти любые. Когда на мой дом напала нежить и мама часто летала помогать в боях, мне приходилось всё время лечить её. Этот дар — единственное, благодаря чему я был хоть немного полезен.
— То есть, ты до этого просто молчал?
— Я не знал, как подвести к этому, — опустил глаза. — Так что, ты разрешишь помочь тебе, Эмилия?
— Ну давай, — она развернулась и остановилась, разведя руками.
Чародей сделал пару шагов и подошёл к авантюристке, после чего поставил перед собой открытую ладонь, вокруг которой образовался круглый рунический узор из золотистых нитей и символов, значение которых человек сам не понимает. А затем медленно подвёл руку к груди полукровки, боясь прикасаться, но всё же сумел положить ладонь на сердце. Затем рунический узор начал распадаться на отдельные нити и уходить в тело девушки, но при этом не причиняя боли или повреждений, как это было бы с обычными жёлтыми линиями. После этого раны лисы начали словно зашиваться изнутри. Из золотистых черт начали образовываться ткани, а старые восстанавливаться до нормального состояния и подтягиваться. Даже кусок, оторванный у основания уха, восстановился, словно ничего не происходило до этого. При этом Эмилия почувствовала лишь то, что боль прекратилась.
— Готово, — сказал Азек, после чего отошёл на шаг назад, взявшись за предплечье руки, которой накладывал заклинание. Оно действует куда аккуратнее и эффективнее, нежели несколько лет назад, ведь человек уже знает, как оно работает и упорядочил его структуру. — Теперь ведь лучше? — Эмилия вытянула плечо вперёд и посмотрела боковым зрением на него. Оно всё ещё грязное, но раны не видно. Даже не верится. Она осторожно начала на ощупь проверять, но ничего нет! Ощущается только шерсть, но не рана и ничего не болит. Да и если двигать по кругу суставом, то не чувствуется, будто что-то тянет кожу, когда рана ещё не полностью затянулась. Затем на очереди оказалась спина.
— Вау, — первое, что сказала сильно удивлённая полукровка. — Просто вау. Ты великолепен, — мнение о нанимателе резко изменилось. Теперь, когда он продемонстрировал, что не бесполезен, всё как-то изменилось.
— Рад был помочь, — парень же пошёл и взял за заднюю лапу сабленосца и кролика. Тяжело тащить тушу по земле, но пусть охотница отдохнёт. Она ведь до этого тащила всё это в одиночку. Хотя, как бы не было неприятно признавать, наёмница куда сильнее.
— Ты у нас, конечно, главный и решать тебе, но можем ли мы остановиться здесь до завтра? Мы, понятное дело, не сможем съесть всё это, но можно заготовить его на следующие дни и не нужно будет торговаться с крестьянами. А мясо дорогое.
— Раз ты умеешь делать подобное, то можно, — чародей идёт далеко позади и пытается не показывать слабость. Правда, со стороны это кажется немного смешным.
Они вместе дошли до рюкзаков и затем немного отошли от дороги. Девушка достала флягу и начала мыть руки перед тем, как приступать к разделыванию туш животных. Но сначала разобрать лук, чтобы тетива не портилась от постоянного натяжения.
— Можно возьму лук? Мне интересно, как он натягивается, — сказал Азек.
— Мы, вроде, же договорились, что можно брать что-то, если надо? — всё же не все люди плохие. И этот человек, видимо, один из таких.
— Кстати, не сочти за грубость, но я думал, что у тебя только глаза, уши и хвост зв… Как у лисы, — он взял оружие и попытался натянуть. Но, конечно же, хватка неправильная и тетива режет пальцы, да и, как оказалось, привести лук в боевое положение тяжело. У парня руки трясутся, но он всё же смог это сделать. Правда, из всех его действий ни одного правильного. За этим любопытно наблюдала девушка, а на её лице расплылась улыбка. Она ещё пытается сдерживать смех.
— Увы, мне не так повезло, как некоторым, — Эмилия пожала плечами и заговорила лишь когда чародей отпустил тетиву. Затем встала и вытерла руки, после чего уже сама взяла оружие. — Но есть и те, у кого всё ещё хуже. Шерсть, чешуя и так далее на лице и ладонях, как и когти, это страшнее, — она показала, как правильно приводить лук в боевое положение, а затем поставила его одним плечом на землю и снова зажала его между ног так, как при сборке. После чего уже сняла с одного плеча тетиву, а затем, просто перевернув, уже со второго и начала складывать её.
— Почему же? С этим появляются проблемы со здоровьем? — поинтересовался человек.
— Потому что люди ненавидят всё, что не похоже на них, — безразлично ответила. Это неприятно немного, но уже привыкла и не жалуется.
— Не все же.
— Большинство в Келентаре. И не думаю, что в других местах что-то сильно отличается. Человек остаётся человеком, во что бы ни оделся и как бы ни выглядел. Полукровки это хорошо знают на себе, — Эмилия спрятала тетиву в рюкзак и достала из него небольшой нож и немного бинтов, после чего потащила сабленосца в сторону, чтобы разделывать не прямо посреди лагеря. Им ещё здесь спать. Азек же пошёл следом.
— Но вы ведь видите картину только с одной стороны.
— Я не о том, как к нам относятся. А о том, что мы люди.
— В плане? — не понял чародей.
— Прозвище "полукровка" ничего тебе не говорит? — она посмотрела на собеседника и начала разделывать сабленосца. Кролик пока подождёт.
— Не понимаю, к чему ты клонишь. Дядь Говард говорил, что вы не люди, хотя похожи на нас.
— Расист твой Говард, — лиса с иронией улыбнулась. — Или не знающий просто. Все мы люди. Но не полностью. Мой дед был человеком. Ну как дед. Бабушка была такой же авантюристкой и, думаю, не нужно говорить, как появилась моя мать, раз был человек. А ещё в каком-то поколении вообще все были людьми. Не полукровками, понимаешь? Такими, как я, или рождаются, или становятся. Дураки. Знали бы они, какая судьба будет у потомков.
— Это как? — наследник престола совсем ничего не понимает. Как можно стать наполовину зверем?