Это не был взгляд запаниковавшего ребенка, который не знает, что делает.
Это был взгляд существа, которое понимало, что противостоит самой смерти, и все равно решило плюнуть ей в лицо.
— Маленькая змейка, — пробормотал он.
Мужчины позади него засмеялись. Он проигнорировал их. Это была не шутка.
— Ты совсем одна? — мягко спросил он.
Девочка не ответила. Она не могла говорить, сжимая зубами его плоть.
— Если ты отпустишь меня, — сказал он, — я не причиню тебе вреда.
Девочка этого не сделала, она продолжала смотреть на него, пока черная кровь стекала по ее подбородку.
Уголок губ короля скривился.
— Хорошо. Ты не должна мне доверять.
Он освободил палец, затем осторожно извлек девочку, пока она сопротивлялась, из-под обломков. Даже в муках яростного сопротивления она была абсолютно безмолвна. И только когда он поднял ее, Богиня, она была такой легкой, что он мог бы удержать ее одной рукой, он понял, насколько она ранена, ее разорванная одежда пропитана кровью. Сладкий аромат крови проникал в его ноздри, когда он прижимал ее к своей груди. Она была на грани потери сознания, но сопротивлялась этому, все ее тело было напряжено.
— Отдыхай, маленькая змейка. Тебе не причинят вреда.
Он погладил ее по щеке, и она снова попыталась укусить, но искра магии проскочила по кончикам его пальцев. Вместе с шепотом ночи пришел сон без сновидений, слишком тяжелый, чтобы даже эта маленькая злобная зверушка могла с ним бороться.
— Что ты хочешь, чтобы мы с ней сделали? — спросил один из солдат.
Король прошел мимо них.
— Ничего. Я заберу ее.
Наступила тишина. Хотя он не мог их видеть, король знал, что они обмениваются растерянными взглядами.
— Куда? — спросил, наконец, один.
— Домой, — ответил король.
Ребенок спал, крепко сжав одной рукой шелковую ткань рубашки короля — она боролась, даже во сне, таким ничтожным способом.
Домой. Он отвезет ее домой.
Потому что хиаджский король вампиров, правитель Дома Ночи, благословенный богиней Ниаксией и один из самых могущественных людей, которые когда-либо жили в этом или следующем королевстве, увидел в этом ребенке частичку себя. И там, прямо под сжатым кулаком ее ладони, что-то теплое и горько-сладкое зашевелилось в его груди при виде ее. Что-то более опасное, чем голод.
Сотни лет спустя историки и ученые будут вспоминать этот момент. Это решение, которое однажды разрушит империю.
— Какой странный выбор, — шептались они. — Почему он так поступил?
Действительно, зачем.
Ведь вампиры лучше других знают, как важно беречь свое сердце.
А любовь, поймите, острее любого кола.
Глава
1
Это началось как тренировка. Просто небольшая игра, небольшое упражнение. Что-то, что мне нужно было доказать самой себе. Я не знала, когда это переросло в спортивное занятие — мой постыдный, тайный бунт.