— Я редко носила каблуки до того, как пришла сюда.
Она что-то набирает на своем телефоне, когда подходит ко мне.
— Скоро ты освоишься.
— Мне было интересно, — бормочу я, включая раковину и мою руки.
Я жду, пока Обри поднимет взгляд от экрана, чтобы продолжить.
— Чем именно занимаются Мэтьюзз?
Она возвращает свое внимание к телефону, когда отвечает:
— Криптовалюта.
Я хмурюсь. У меня нет большого опыта работы с Интернетом, но это звучит довольно чисто.
— Итак, зачем все эти камеры?
Я воздерживаюсь от всего остального, что могла бы добавить — почему здесь два особняка? Почему отсутствуют окна и постоянно закрытые шторы? К чему такая скрытность?
Обри снова отрывает взгляд от экрана. Она пожимает плечами, как будто ответ очевиден.
— У них есть враги.
Через секунду она добавляет:
— И, возможно, несколько проблем с доверием.
— Всего несколько? — глубокий голос Адама привлекает мое внимание к открытой двери, и мою кожу покалывает от осознания.
Он так небрежно прислоняется к дверному косяку, что я могла бы усомниться в том, что это утро вообще произошло, если бы не улики на моем теле. Он делает шаг вперед, его глаза находят мои, и мой пульс немедленно отзывается.
— Я обдумал твою просьбу.
Он делает паузу, взгляд обводит комнату, прежде чем вернуться ко мне.
— Сделки не будет.
Что?
— Ты сказал…
— Я сказал, что рассмотрю твою просьбу. И я рассмотрел. Мне это не нравится.
Обри медленно отступает, но плечи Адама напрягаются, когда она почти исчезает из виду. Его глаза темнеют, и он рычит:
— Останься.
Я не могу отрицать чувство удовлетворения, видя, что, возможно, он не так уж и безразличен в конце концов. Слабая улыбка приподнимает мои губы, и его челюсть тикает.
Когда Обри возвращается и встает рядом со мной, его мышцы слегка расслабляются.
— Как я уже говорил, сделки не будет. Нужно потрудиться, чтобы добраться туда, где находятся Обри и Стелла. Это не то, что ты можешь получить, просто попросив. Однако я внесу некоторые коррективы.
Я оживляюсь при этих словах, мой позвоночник выпрямляется.
— Хорошо…