Голос Страйкера был едва слышен.
— Я у телефона, мой друг. Говорят, у вас там дикая жара в Нью-Йорке. Надеюсь, вы не расплавитесь.
— Билл хочет, чтобы в Вашингтоне вас представлял Тед Эшбери, — резко сказал Спенсер. — Я категорически против. Это... это крайне неудачный выбор.
— Вот как? — спросил Дэн Страйкер. — Я думаю, вам лучше сразу же в понедельник утром поговорить с мистером Уилсоном. Ему будет небезынтересно услышать ваше мнение.
— А если Спайкс договорится с Эшбери до понедельника?
Страйкер ответил не сразу.
— Не думаю, что у него такие полномочия, Спенсер. Я уверен, что у него их нет.
— Ладно, — сказал Спенсер, не пытаясь даже скрыть свое разочарование. — Я позвоню мистеру Уилсону в понедельник. Спасибо, Дэн.
— Всегда к вашим услугам, мой друг. Желаю хорошо отдохнуть.
— И вам тоже.
Спенсер положил трубку. Он не смотрел на Арта Дэниелса.
Наконец Арт спросил:
— Что вы скажете, мистер Донован?
Спенсер взял сигарету и зажег спичку.
— Уверен, что Билл уже договорился с Тедом Эшбери. Уилсон дал согласие, и Страйкер знает об этом, — сказал он.
Арт покачал головой.
— Не могу поверить. Билл Спайкс определенно изменился.
— Может быть, он что-то узнал, — сказал Спенсер,
— Что узнал?
Спенсер сразу понял, что проговорился. Незачем было упоминать об этом. Он проговорился впервые. Следует быть более осторожным.
— Ничего, — ответил он и встал. — Слишком жарко, чтобы волноваться. Я лучше позову Мэри, и мы вместе просмотрим почту.
Спенсер ни с кем не договаривался завтракать вместе, поэтому вскоре после половины первого он попросил Мэри принести ему сэндвич. Она собрала свои блокноты и карандаши.
— Что с Сьюзи? — спросил Спенсер.
Мэри не нашлась что ответить.
— О...
— Я не любопытствую. Я просто думал, что смогу…
— Нет, сэр, — сказала Мэри. — Это... это ее личное дело. Здесь ничем нельзя помочь. Она должна справиться сама.
— Ладно.
— Хотите кофе к сэндвичу? — спросила Мэри.
— Холодного кофе, — ответил Спенсер. — И купите дневные газеты, пожалуйста, — добавил он.