...Да поможет мне бог: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

—      Почему нет?

—      Потому что это... это идиотство.

—      Ты можешь выслушать меня?

—      Конечно, — ответил Лэрри. — Готов слушать кого угодно.

—      Мой поступок — отнюдь не шутка, — сказал Спенсер, складывая письмо. — Я твердо решил это сделать и сделаю. — Он помолчал и вложил письмо в конверт. — Гордона Беквуда обвинили в преступлении, которого он не совершал. Против него не было никаких улик, только слухи, разговоры и клевета. Ты видел, как стряпалось его дело. Сенаторы, члены конгресса и журналисты довели общественное мнение до истерики, и все поверили, что Гордон Беквуд виновен. А затем его заставили доказывать свою невиновность. Это противоречит принципам американского правосудия. Это противозаконно.

—      Ты уже об этом рассказал в своем вашингтонском интервью полгода назад, — возразил Лэрри. — Твое выступление было напечатано во всех газетах. Ты уже высказался. Что тебе еще нужно?

—      Гораздо большее, Лэрри, — ответил Спенсер. — Мне нужно гораздо большее. — Он опустил голову и говорил очень тихо. — Я хочу, чтобы люди поняли, что с ними делают. Я хочу убедить их в том, что случившееся с Гордоном может произойти с любым из них. Достаточно лишь того, чтобы клеветник или враг написал письмо в комиссию.

Он встал и начал ходить по комнате. Где-то в коридоре хлопнула дверь.

—      Я никогда не был коммунистом, не примыкал к «сочувствующим», как их называют. Но у меня есть определенные убеждения, и я решил их отстаивать. Вот почему я взял на себя защиту Гордона. А это уже достаточная приманка для того, чтобы начать расследование.

—      Предположим, его начнут, — сказал Лэрри. — А дальше что?

Не ответив на вопрос, Спенсер продолжал говорить:

—      Я видел Кэрол Беквуд через несколько дней после смерти Гордона. Я был у нее. Она собиралась переезжать на другую квартиру, поменьше, подешевле. Дети находились за городом, у ее родителей. Мебель уже почти всю вынесли, только ящики громоздились в комнатах, одни упакованные, другие еще пустые. Накануне сенатская комиссия официально заявила, что дело Беквуда прекращено. Это был удар для нас обоих. Мы думали, что они либо продолжат расследование — я ждал этого, — либо вынесут определенное заключение, реабилитирующее его имя. Но нет. Дело прекратили, а обвинение осталось; и люди истолковали самоубийство Гордона как окончательное признание им своей вины. Никогда еще не испытывал я такого гнева и чувства безнадежности. Кэрол не плакала. Она спросила: «Не можете ли вы что-нибудь сделать, Спенсер? Неужели ничего нельзя сделать?» Я пытался утешить ее. Я сказал что-то вроде: «Об этом забудут в конце концов». У меня навсегда останется в памяти ее ответ, Лэрри, на всю жизнь. Она сказала: «Да, вот вам и результат человеческих усилий, вот он, славный итог жизни — «Об этом забудут... в конце концов».

Он все еще расхаживал по комнате. Лэрри стоял у окна, глядя на дождь. Он не обернулся, чтобы посмотреть на Спенсера.

—      Плохо, что Беквуд не сумел выдержать.

Спенсер остановился.

—      Да, ему не следовало кончать самоубийством. Я согласен с тобой. Это был прекрасный человек с добрым сердцем. Он был честным и гордым. Но он оказался слабым. — Спенсер с силой придавил окурок в пепельнице. — Что случилось с нами? Неужели больше нет места для благородных людей и выдающихся умов? Неужели для того, чтобы жить, нужно быть жестоким чудовищем с душой обезьяны? Куда мы идем? Назад, к пещерным жителям?

Лэрри повернулся.

—      Ты знаешь, я не философ. Во мне тоже есть что-то от пещерного жителя. — Он ухмыльнулся. — Спроси у Луизы. — Он взглянул на Спенсера. — Она говорила с тобой в последнее время?

—      Нет, — ответил Спенсер. — Лэрри, ты поможешь мне в этом? — нетерпеливо добавил он.

Лэрри пожал плечами.

—      Не знаю. По-моему, эта затея бессмысленна. Они никогда не начнут расследования...

—      Я уверен, начнут.

— Только из-за анонимного письма?

—      Да, — ответил Спенсер. — Федеральное бюро расследований хватается за любую нить, если человек что-то собой представляет и если они чуют опасность оскорбления правительства.

Лэрри засмеялся.

—      Теперь, когда я думаю о твоей затее, она кажется мне шуткой. Они перелистают твое дело и станут подозрительны. Этот человек защищал Гордона Беквуда, значит, у него весьма левые взгляды. Они начнут следить за тобой — об этом позаботятся такие типы, как Уолт Фаулер. А потом постараются призвать тебя к ответу. Они потащат тебя в комиссию или в суд. С каждой минутой обстановка становится все более угрожающей. Промедление смерти подобно. Затем по твоему сигналу я въезжаю на сцену верхом на белом коне и спасаю тебя от виселицы.

—      Сейчас ты шутишь, — сказал Спенсер, — а вот увидишь, так и будет.

—      Кроме одного, — возразил Лэрри. — Из твоей затеи ничего не получится. Они не станут тратить на тебя деньги, взимаемые с налогоплательщиков.

—      Ладно, — сказал Спенсер, — но, если все-таки станут, могу я рассчитывать на тебя?

Он подошел к столу. В окна все еще стучал дождь,