— Влад?! Влад?!
Знакомый голос доносился из глубин тьмы, опутавшей меня с головы до ног. Я не мог пошевелиться, хотя очень этого хотел.
— Влад?! — а теперь мужской голос.
В нос ударил резкий запах нашатыря, от которого в голове всё чуть ли не взорвалось. Я дёрнулся в сторону, желая избавиться от источника вони, но при этом сознание вновь помутилось.
И всё же оно вернулось.
— Слава богам, — прошептала рядом мама. — Мы уже и не знали, что думать.
— Знали и делали, — почему-то грубо перебил её отец. — Не надо истерить, Влад жив и почти здоров. Но совсем скоро будет как огурчик.
— Вот знаешь что?.. — начала было она, но в последний момент её голос дрогнул и она разрыдалась.
— Танюш, ну, прости, — смилостивился папа, приобняв её и усаживая на лавочку. — Всё обошлось. На нашем сыне всё заживает, как на собаке.
— Сам ты собака, — со смешинкой ответила она, благодарно посмотрев на мужа. — Ладно, — вытерла слёзы, что ещё катились по щекам, и вновь взглянула на меня. — А теперь рассказывай, что там произошло. И в следующий раз ты так просто не отвертишься от нашей помощи.
— Прости, мам, — выдохнул я и благодаря медсестричке, которая всё это время сидела рядом на коленях, приподнялся и облокотился о стенку самолёта. — Но вы бы мне только мешались. И сами знаете, почему.
— И почему же? — вновь вспыхнула она.
— Ох, — я сжал голову руками, так как она практически разрывалась от лёгкой, но настойчивой боли. — Секунду...
Потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя, но, когда мысли более или менее устаканились, я обвёл всех взглядом. Родители бледные, словно сама смерть. Но если на лице мамы всё ещё читался испуг вперемешку с радостью, то отец казался более собранным, за что я был ему благодарен.
Благодарю.
И ей спасибо.
Я покосился на зеленоволосую женщину. Та одобрительно улыбнулась.
— Так ты всё-таки расскажешь, что произошло на острове? — более настойчиво спросила мама и при этом достала откуда-то золотое кольцо с трудом приподняв его перед собой, уж слишком громоздким оно было для столь хрупкой особы.
«Ну вот насчёт хрупкости я бы с тобой поспорил, — усмехнулась Тень. — Но не сейчас».
Сам знаю, что она голову за семью оторвать может, если потребуется. И это в буквальном смысле.
— Боюсь, моя история вам не особо понравится, — пробормотал я.
— А ты рискни, — хмыкнул отец. — Мы же теперь команда, сам говорил.
— Хорошо, — кивнул я и на мгновение к горлу снова подступил тошнотворный ком. — Будь, по-вашему.
И как на духу поведал о своих приключениях. Конечно же, когда я рассказывал о монстрах, лицо мамы ещё сильнее посерело, хотя казалось, что дальше некуда. А когда добрался до Тени и посмотрел на отца, тот нервно сглотнул.
— И кто это был? — спросил он.
— Мой дед, — просто ответил я.