— Сидите здесь, — приказал я, глядя в тёмные окна собственного клуба. Сегодня явно не до концертов. — Я сам разберусь.
Но стоило только мне открыть дверь, как из темноты вышло два десятка человек с автоматами наперевес, и взяли нас в кольцо.
Тварь, отпусти их и возьми меня с артефактами. Тебе же это нужно?!
— Влад? — из машины послышался испуганный мамин голос. — Что происходит?
Я повернулся к ним и виновато посмотрел на каждого.
— Простите, но нам придётся идти вместе.
— И ты ещё извиняешься?! — Ржевский мигом поднялся, но тут же стушевался, увидев, как напряглись Охотники. — Я давно хотел начистить ему морду.
Сам ему такое говори, сволочь!
Я проигнорировал вопрос и, кивнув своим, двинулся к «Люксу» первым. Охотники неспешно последовали за нами.
Пройдя пустынный зал со всего несколькими включёнными лампами, спустились в потайную комнату. Ну, раньше она была комнатой, сейчас-то сильно увеличилась.
А вот уже там восседал тот самый ублюдок, в чью морду мне так сильно хотелось плюнуть. Романов разместился в высоком белом кресле в другой части зала. Семёныч, Маша, Эля, Алёна, Лиза и её семья сидели на диванах друг напротив друга. Но при этом у них были такие осанки, что мне стало не по себе. Их тела дрожали, но никто не шевелился. Лишь повернули головы, когда мы вошли, но не проронили ни слова. Но вместо губ говорили глаза, в которых я увидел первобытный ужас и мольбу о помощи.
— Что ты с ними сделал? — прошипел я от злости.
— Ничего особенного, — император хищно оскалился. — Просто временный паралич. Он вскоре пройдёт, конечно, если я того пожелаю.
— Отпусти их, и мы поговорим, как мужик с мужиком.
— Ой, да брось ты, — отмахнулся Романов и приманил к себе двух оставшихся Охотниц. Девушки подобрались к нему и нежно обняли с обеих сторон. — Ты отнял у меня ценную игрушку. Думаю, будет справедливо, если я сделаю то же самое.
Он щёлкнул пальцами, и в ту же секунду Алёна глухо замычала. Из её носа заструилась кровь, а после она вздрогнула и, подкатив глаза, рухнула на пол.
— Нет! — воскликнул я и хотел броситься к девушке, но понял, что ноги меня не слушаются.
— А, а, а, — погрозил мне пальцем император. — Не так быстро, парень. Сперва давай договоримся.
Лишь через секунду до меня дошло осознание того, что полковник за моей спиной молчит. Я с трудом повернулся к нему, так как тело совершенно не хотело поддаваться моей воле, и увидел, что и он, и мои родители стоят и трясутся, как и остальные пленники. Вот только в глазах у Ржевского вместо страха была дикая ярость.
— Ты конченый псих, — прохрипел я, вновь посмотрев на противника.
— В каком-то роде все мы безумны, — казалось, что мои слова его совсем не задевают. Он говорил ровно и спокойно, будто ему нравился ход моих мыслей. — И не переживай ты так. Всего лишь баш на баш.
— Она не виновата в том, что дружила со мной, — выдавил я.
— Дружила? — внезапно Романов расхохотался. — Да брось, неужели ты думаешь, что я не знаю о твоём гареме? Даже если все здесь присутствующие разделят участь этой рыже красотки, у тебя останутся ещё Рижская и Адашева. И это только те, о ком мне докладывали.
— Урод.
— Не зли меня, Ростов, — а вот теперь он рассердился. — Я пришёл всего лишь договориться. И если ты не веришь, что я могу сдержать слово, то... — он снова щёлкнул пальцами, и Алёна на полу издала тяжёлый хрип. Но она была жива и дышала, хоть и елозила под ногами сидящих. — Так лучше?
Я с облегчением перевёл дух.