Протянул руку и осторожно вынул артефакт из мёртвой женщины. Вытер грани о её же кимоно (не думаю, что она обидится). И теперь у меня на ладони лежала небольшая золотая пирамидка, источающая магию и тепло.
И стоило мне покуситься на артефакт, как в здании зазвучала сирена.
Я не стал с ним спорить и ринулся туда, откуда сюда пришёл. Превратился в тень и просочился в щель. А уже оттуда скользнул на шпиль.
Даже думать об этом не хочу.
Но надо было действовать. Крики охраны уже раздавались из апартаментов хозяйки. Я снова глубоко вдохнул и прыгнул...
В иллюминаторе блестело ночное море под светом полной луны. Мы летели домой в Красноград сразу с двумя артефактами в кейсе, который покоился у меня над головой. Как я и думал, никто из Охотников нас не тронул, все ждали отмашки начальства, вот только Романов не спешил. Чего он именно желал добиться, я так и не выяснил, но прекрасно понимал, что эта тайной уже совсем скоро станет явной.
— Влад? — мама осторожно прикоснулась к моей руке. — Ты как?
— Как обычно, — хмыкнул я и снова посмотрел наружу.
Говорить ни с кем не хотелось. Родители поймут и простят. Сейчас желал побыть наедине со своими мыслями...
Иногда я хочу тебя придушить. Не подскажешь, есть ли способ нам встретиться лицом к лицу, чтобы я мог дать тебе в наглую морду.
Э, нет, в твой мир я больше ни ногой.
И тут в голове повисла тишина.
Прости, — первым не выдержал я. — Мы что-нибудь придумаем, обещаю.
Может быть, — я устало вздохнул. — Давай отдохнём, завтра будет трудный день.
Вот именно, никакой магии, всего лишь законы природы, которые были с нами всегда. А теперь, прости, я хотел бы вздремнуть.
И Тень замолчала, а вот я так и не смог сомкнуть глаз. Отчего мне стало так стыдно и обидно за своего внутреннего демона, что на мгновение всерьёз задумался, а не примкнуть ли мне к императору. На своих условиях, конечно. Взять его дочь в жёны, оставить фамилию, поднять свой род, ну и так далее. Но тут же отмёл эти мысли.
Тогда все жертвы будут бессмысленны, и призраки будут посещать меня каждую ночь до скончания моих дней.
— Как я рад вас видеть! — воскликнул Ржевский, едва выйдя из машины.