По секрету всему свету: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ничего, ничего, три шипче, — повторяла она.

— Да я тру, тру.

— Так. Иди опять на улицу.

Я вышла. Баб Маруся мылась всегда подолгу, тщательно терлась мочалкой по два-три раза (зачем — я не понимала). И моим удивлениям не было придела — так долго да при такой жаре, с ее давлением.

Прошло еще несколько долгожданных минут, а бабуля все не кликала меня, и тогда я заволновалась — зашла внутрь. Она сидела с закрытыми глазами, не двигалась, а когда услышала скрип, вздрогнула и приоткрыла веки. Cтала потихоньку одеваться, и я ей помогла.

— Ой, слава богу! — вздохнула я, с облегчением.

— Как я намылась! — протянула хозяйка стайки-бани.

Раскрасневшаяся, с мокрым лицом вышла она на улицу.

Отец произнес: «С легким паром!» и вошел внутрь стайки, открыв дверь — ему предстояла уборка.

— Пап, я домой пошла.

— Иди. Я сейчас тоже пойду.

— Баб Марусь, до свидания! — крикнула я вслед ей, но она не обернулась.

Дорогой мне размышлялось очень хорошо. И о чем небыли бы заняты мои мысли, в конце — концов все сводилось к одному — зачем мы живем и какие беспомощные станем в старости, если доживем.

На небе опять сгущались тучи, шелестела листва от ветра и где-то в лесу куковала кукушка.

«Может быть пройдет много лет, и я вспомню этот хороший день», — подумала я, заходя к себе в дом.

Осенью 1988 года мы переехали в поселок «П». Все у нас складывалось не плохо. Но меня всегда тянуло в поселок моего детства. Я скучала.

Я влюбилась. 1989 год

Мне было уже четырнадцать лет. И я была наивна, беззаботна, мечтала о большой чистой любви и думала, что она вот-вот придет, одурманит, затуманит мою светлую голову.

И она действительно пришла и принесла мне много радости, счастья, а потом огорчение и разочарование.

Случилось это в поселке «Щ», куда я летом приезжала погостить к своим бабушкам: Шуре и Маруси. Но жила я у семидесяти пятилетней бабушки Шуры, а бабушку Марусю навещала редко, так как она была не очень общительной, и, по моему мнению, стала совсем затворницей. Она по-прежнему часто болела и получала помощь от двух своих сыновей.

Заканчивался июнь. Я уже пять дней, как жила в небольшом уютном домике на краю леса, хозяйкой которого была маленькая, худенькая, но шустрая старушка, моя бабушка Шура. Она не знала покоя, всегда была в работе и в суете. Я же, по своей молодости, была ленива, любила больше посидеть и помечтать за кружкой чая или за тарелкой супа.

Спала я до десяти или до одиннадцати часов утра. Потом завтракала и уходила гулять в лес со своей подружкой Олесей. Красивый и ароматный хвойный лес пугал нас своей таинственностью. Мы бродили, болтали ни о чем. Я рассказывала Олесе о жизни в своем поселке, она о жизни у них; о своем несносном старшем брате, который болтается по ночам с друзьями; о мальчишках из ее класса, которые еще не доросли и озорничают, как дети.

Двенадцатилетняя Олеся сама в сущности была ребенком. Ее еще детское тело требовало веселья, игры. Она была ниже меня ростом на целую голову, по-прежнему пухленькая и с длинной русой косой чуть ниже пояса. Я часто наблюдала, как она, прежде чем закинуть свою не послушную косу назад, гладила ее, поправляла бантик, а потом бережно откидывала за спину, да так важно, точно говорила: «Видите, какая я красавица! Смотрите и завидуйте!» Я ей завидовала и думала, что, если бы у меня вместо жиденького хвостика была такая красивая и толстая коса, я бы ходила с высоко поднятой головой, и все бы девочки в нашем поселке на меня смотрели и удивлялись. Хохотушка Олеся на первый взгляд казалась беззаботной бездельницей. Но, когда ее мама заставляла что-нибудь сделать по дому, она беспрекословно и даже с радостью подчинялась. И я видела, с каким рвением маленькая девочка приступала к работе, как взрослая.

Веранду и крылечко Олеся мыла каждый день. Я помню, как однажды полил сильный дождь, и мы забежали на крыльцо в грязных сандалиях. Она очень разволновалась, увидев на окрашенных в темный цвет досках, следы.

— Надо срочно вымыть пол! — вскрикнула она.

— Но твоя мама придет не скоро, — проговорила я, не понимая подругу. — И отец тоже на работе до вечера. Да и брата нет.

— Ну и что, надо помыть пол, я не люблю, когда грязно. — Олеся забежала в дом и уже скоро возвратилась с ведром и тряпкой.

Она очень тщательно мыла, точно сама была хозяйкой этого дома.

Потом Олеся сказал, что у нее еще много дел, надо помыть посуду, убраться в комнатах и почистить картошку, так как мама может прийти раньше и будет не довольна.

А мне показалось, что я ей просто надоела, и таким образом она решила от меня избавиться.