— Мне нужно, чтобы ты сделал то, что у тебя получается, говорят, лучше всего: сказал проповедь.
— Гемам? — изумился Дик. — На Биакко?
— На Биакко. Но не гемам, а человеку. Одному человеку. Если тебя интересуют гемы — можешь заняться и ими. Можешь начать прямо сейчас, с наших морлоков. Но мне важно, чтобы ты попробовал с тем человеком.
— Что за человек?
— Узнаешь в свое время.
Дик немного подумал.
— Мне нужно увидеться с Этаном Леевом, — сказал он наконец. — Если я прочитаю эту проповедь — вы устроите мне встречу?
— Сделка? — Ройе протянул руку.
— Сделка, — юноша хлопнул по его руке ладонью.
— Тогда давай начистоту. Леев, на которого ты так рассчитываешь, в этом деле тебе не помощник. Но если твоя проповедь будет удачной — тот человек сам тебя сведёт с кем надо. А если нет… поверь, ни на Леева, ни на старперов из «Бессмертных» полагаться нельзя.
— Почему?
— Потому что кланом Сога от имени своей сопливой доченьки правит госпожа Джемма Син Огата, а при ней состоят в консортах Мишель Нуарэ и Люсьен Дормье. Но эти имена тебе ничего не говорят, да?
— Нуарэ — глава службы безопасности клана Сога, это я знаю, — сказал Дик. — А муж госпожи Огата, прежний глава клана Сога, погиб при взрыве батарей катера, в котором обвиняют клан Сэйта. Это я тоже знаю. Но ведь ничего ещё не доказано. Это ведь мог быть несчастный случай, и… — юноша осёкся, встретив насмешливый взгляд Детонатора.
— Какой же ты всё-таки… молодой, — (спасибо, что не «тупой», подумал Дик). — Если бы это был несчастный случай… или даже дело рук Сэйта… твои шансы заключить мир между кланами были бы в десять раз выше.
Дик почувствовал, как кожа от затылка до копчика покрывается «мурашками». Раньше такое было при воспоминании о Моро, сейчас — когда до его сознания вдруг доходила очередная подлость.
— А у вас есть какие-то доказательства? — спросил он.
— Да что ты. Откуда, — усмехнулся Ройе. — За надёжного свидетеля, который дал бы показания перед тайсёгуном, за неопровержимую улику — я готов правую руку себе отрезать… Ну, левую.
— Тогда почему вы обвиняете так легко? — вспыхнул Дик. — Сударь, я… я провел тут немного времени, но успел кое-что понять… то, что вы говорите, может оказаться правдой. А может и не оказаться. Почему я должен верить вам?
— Ты мне ничего не должен, боя. Я просто объясняю расклад. А уж играть или нет, и как играть — тебе решать. Можешь сам сунуться к Лееву и к «Бессмертным» — на этом мы потеряем время. А оно дорого.
— Извините, сеу Ройе. Я внимательно слушаю.
Ройе крутнул руль (они вдвоем находились в это время на мостике) и, сверившись с курсом, снова включил автопилот.
— Ветер сильней, чем я думал. Сносит, — пояснил он и без всякого перехода продолжил: — Начинается это почти как сказка: жили-были король с королевой, и было у них трое детей… Правда, не король с королевой, а, скажем, граф с графиней… И дети были не совсем у них. У них был только старший сын, Северин Огата. Средний родился не у графа с графиней, а у графини с… будущим королем, назовем его так.
— С тайсёгуном? — удивился Дик. — Шнайдером?
— Нет, Боном. Госпожа Джемма сошлась с Боном, и от этого родился второй сын, Ринальдо Огата. Господин Рем Огата был очень недоволен таким поворотом событий, и Бон был доволен ничуть не больше. Поэтому второго сына, когда пришел срок, отдали в синоби…
Дик за спиной сжал пальцы в кулак.
— Господин Рем Огата начал поговаривать о разводе… Клан Барка, из которого он взял жену, был уже надежно привязан союзом, старый Амилкаре не одобрял поведения дочери — словом, дело было на мази, и тут бабах! — когда господин Огата собрался куда-то лететь, в его катере взорвались батареи. Виноваты в этом были, конечно же, наемники Сэйта, кто ж ещё, механиков нашли уже изрядно мёртвыми, след оборвался… И власть в клане перешла к старшему, Северину… Только вот в чем сложность — парень в тот момент работал в гражданской администрации на планете Сунагиси.
— Оро… — пробормотал Дик.
— Да, вот так вот… Именно туда, к слову, его отец собирался по делам, когда катер взорвали — потому что как раз Сога занимались поставками биомассы на станцию Сунагиси, когда мы перебрасывали через нее войска.
Что у меня такое на лице, что он так смотрит? — подумал Дик. Постарался расслабить лицо.
— На предложение вернуться и вступить в наследство парень ответил категорическим отказом.