Но спросить не успел. Хранитель буркнул «нет!» и собрался отключиться.
– Подожди! А почему «нет»?
«Потому, что это нортор».
Объяснение для особо одаренных. То есть не для меня.
– Ты его знаешь?
«Лично его – нет. Но с расой встречался».
Ответ явно отдавал холодком.
– Значит, не хочешь, – догадался я.
Усталый голос, как у терпеливого папаши, что объясняет пятилетнему сыну, почему большую яхту нельзя купить и пускать в домашнем бассейне.
«Только в крайнем случае. Лучше уж терпеть неудобства, чем пользоваться телом нортора».
Я не маленький мальчик, которого можно отвлечь воздушной кукурузой, а Хранитель – не мой папочка. И ему грех жаловаться на неудобства. Это я едва не свихнулся, когда обнаружил соседа в своей черепушке.
«А тебя там вообще не должно было быть. Ты же ушел в Вечность и оставил тело мне».
Как же, как же, ушел я... Для кого вечность, а кого взяли и реанимировали.
Когда-то этот анекдот казался мне очень смешным. Ну еще бы: сидят души в раю, амброзией с нектаром лакомятся. Все тихо, спокойно. И вдруг прилетает еще душа, выхватывает у кого-то ложку и начинает быстро жевать. Этот «кто-то» удивляется: к чему, мол, такая спешка? Ведь впереди у всех целая вечность! А торопыга отвечает: одному, мол, вечность, а другого через пять минут реанимируют.
Хороший анекдот, но после аварии я не смеялся над ним. Когда возвращаешься к своему телу, а на него кто-то предъявляет права – это уже не смешно. В мире столько бесхозных тел, а Хранителю понадобилось мое!
«Мы уже столько раз говорили об этом. У меня не было выбора».
Собеседник вздохнул бы, если б мог. Но он не может. Пока.
– Теперь выбор есть, – сказал я вслух.
Хотелось избавиться от назойливого соседа.
«Только в крайнем случае, – повторил Хранитель. – Неподходящее тело».
– Почему?
«Плохо переносит солнце».
– Красавчик не любит солнце? Тогда понятно, почему он такой бледный.
«Солнце не любит норторов. Так что придется искать другое тело. Получше».
– Насколько лучше?
Уточнение совсем не лишнее. А то запросы у Хранителя те еще.
«Не хуже твоего!»
Ни силой, ни здоровьем меня Бог не обидел. Да и женщины уродом не считают.
– Старик, а ты от скромности не умрешь. Может, это тело оставить тебе, а самому пойти погулять?
«Иногда в твою голову забредают и разумные мысли. Жаль, что так редко».