Воля вышла на пик. Меркурий пробудился и укрепил конечности. Но даже в испытании Верде Ливий не хотел прибегать к Юпитеру.
«Образ Монаха-Воителя?», — удивился Верде, узнав силуэт из плотной энергии вокруг Волка.
Кулак ударил по барьеру и пробил его на такой скорости, что глава Школы Потока едва успел поднять ладони и заблокировать атаку ярью.
Весь пол покрылся трещинами, которые разошлись в стороны и переползли на стены. Оттуда они добрались даже до потолка, с которого на двух идущих посыпалась каменная крошка.
— Впечатляюще, — сказал Верде, восхищенно улыбаясь.
Атака Ливия не только пробила Абсолютный Контроль, но и сохранила достаточно мощи, чтобы теоретически навредить ему, Верде. Подобную атаку от Мастера — пусть и пикового — глава Школы Потока не ожидал.
— Только зал вам испортил.
— Этот камень не так просто сломать, — сказал Верде. — Подобное сделал Мастер? Чушь и только. Глава Школы Потока немного перестарался.
Ливий с благодарностью кивнул. Верде сам позвал его сюда и сам разрешил бить в полную силу, значит, глава Школы Потока и должен разгребать последствия, но зачем портить отношения с Отделом Панциря, когда этого можно полностью избежать? Не за чем рассказывать о том, что стены сломал ученик Ливий.
— Ты выиграл пари. Впечатляюще выиграл, — с улыбкой на лице сказал Верде. — Что ж, можешь и не работать на Отдел Панциря. Я расскажу тебе все и так. Начнем с моего плана? И да, сменим место. Здесь царит легкий беспорядок.
Зал был недалеко от входа в Отдел Панциря. Верде повел Ливия дальше — куда-то вглубь комплекса.
— Мой кабинет, — сказал Верде у какой-то неприметной двери. — Обычно я никого сюда не впускаю.
Главе Школы Потока даже не пришлось объяснять, почему так сложилось.
По всему кабинету висели большие листы бумаги в половину человеческого роста. На них были нарисованы помещения, какие-то условные обозначения и чертежи магомеханических схем. Листами были покрыты не только стены. Стол был завален планами, да и по полу идти стоило очень аккуратно, чтобы не наступить на очередной лист.
Ливий не собирался разглядывать планы Верде, но глаза сами цеплялись то за один лист, то за другой, а разум заботливо выстраивал все увиденное в единую цепочку. И когда Волк сел за стол напротив главы Школы Потока, он уже знал, что именно разрабатывает Верде.
— Защитное покрытие всего Сильнара?
— Охиронцы, — улыбнулся Верде. — Да, Ливий. Именно поэтому я не впускал сюда никого до тебя. Абсолютный Контроль — техника для защиты идущего. Ты можешь сделать ее больше, чтобы защитить, допустим, карету или дом. Но растянуть Абсолютный Контроль на целую школу нет никакой возможности. Техника станет слишком сложной и уязвимой для точечной атаки.
— И вы решили сохранить только контур?
— Бохэм.
Перед Ливием появилась модель Сильнара. В столе был встроен прибор, который работал в связке с руной Бохэм. Применив ее, Верде создал над столом детализированную модель Сильнара, на которой стояли сотни разноцветных отметок.
— Красота, — восторженно сказал Ливий.
— Ты прав, — кивнул Верде. — Я сохранил только контур. Никакой техники не осталось, только план обороны Сильнара, который я построил на принципах моего Абсолютного Контроля.
— Вы взяли суть техники и воплотили ее в план обороны, — сказал Ливий, с уважением кивая.
Это было похоже на Стиль Пятиконечной Звезды, где Ливий сохранил саму суть рун стихий, не применяя стихии на самом деле. Верде пошел по тому же пути.
— Ну что, хочешь получить Абсолютный Контроль?
— Не думаю, — мотнул головой Ливий.
— Что, после того, как пробил мою оборону, решил, что техника не так уж хороша?
Ливий улыбнулся.
— Да нет, просто не думаю, что она мне подойдет.
— Думаешь? А принцип техники понял?