Б и б и. Не шуми, дед. Тебе это вредно. В наше время жизнь без мужа или без жены — это еще не одиночество. У меня много друзей и вы, моя семья, в которой я росла и вот выросла… Любимая работа, планы, задачи, желания… Одиночество — это когда отворачиваешься от людей или когда люди отворачиваются от тебя.
Б а з а р. Этот доклад ты можешь читать своим больным на ночь. Вместо снотворного. А делать будешь так, как тебе говорят.
Б и б и. Я сама знаю, что мне делать.
Б а з а р. Много вы все знаете! С жиру беситесь. Мужей, как гребенки, меняете. Знали бы вы о моей молодости. За кусок хлеба у бая конюхом работал. Кнут лошади, а мне пять. Десять лет из одного халата не вылезал. (С иронией.) Интересная работа… Желания… Я бы вам показал, как надо работать!
Б и б и (резко). Уж этому, дед, не тебе меня учить.
Б а з а р (вспылив). Как ты смеешь так мне говорить! Мне!! (Внезапно коротким ударом бьет Биби по щеке.)
В это время вбегает А к г ю л ь и останавливается как вкопанная. Биби сперва удивленно отступает, потом, отвернувшись, прислоняется головой к стене. Плечи у нее вздрагивают.
А к г ю л ь. Дедушка, ты мог ударить Биби? Нет, это мне, конечно, показалось.
Б а з а р (отходя, слабым голосом). Не раздражай меня, а то и тебе попадет. (Ложится на тахту лицом к стене и затихает.)
А к г ю л ь. Нельзя было так много танцевать, дед. Ты переутомился.
А й п е р и. Что правда, то правда.
Акгюль подходит к Биби и привлекает ее к себе.
Б и б и (голос у нее прерывается). Я ушла от Белли… Навсегда… А они… они…
А к г ю л ь. Наконец-то! Решилась!
Б и б и. Я знала, что ты одна поймешь меня, девочка.
Стоят, прижавшись друг к другу.
Е л а м а н. А где же Клара?
А к г ю л ь. Не знаю. Я ее не нашла.
Телефонный звонок.
Е л а м а н (в трубку). Да? Да, да… Откуда? Да, слушаю… (Пауза.) Понимаю. Да, она у нас. (Прикрыв трубку рукой.) Биби, это к тебе. Один иностранный журналист заболел в пути и попал в вашу больницу. Нужна срочная операция. Тебя ждут. Машину высылают.
Б и б и. Скажи — сейчас… (Поправляет перед зеркалом прическу, накидывает плащ, берет сумку.)
Е л а м а н (в трубку). Доктор Солтанова сейчас выходит. (Кладет трубку.) А ты разве?..
Б и б и. Что я? Ты слышал — вся больница меня ждет. И это, по-вашему, одиночество? (Кивнув в сторону лежащего Базара.) Дай ему капель, Акгюль. Второй пузырек справа… Ты знаешь… (Медленно уходит через веранду.)
Пауза.
А й п е р и (убирая посуду). Никто так и не пообедал по-человечески.
Акгюль приносит капли деду, но тот, не поворачиваясь, отрицательно качает головой. Тогда Акгюль начинает помогать бабушке. Входит Н а з а р. Ему лет 25. Живой, темпераментный, порывист в движениях, по временам пытается придать себе солидность.
Н а з а р. Что это с Биби? Стояла на тротуаре и ждала машину. А у самой слезы по щекам вот такие… (Показывает.) Я ее спросил, что случилось, но в это время подошла машина, и она укатила. Только рукой махнула. Ну, что вы все молчите?
Пауза.
Б а з а р (поднявшись с тахты). Я пойду у себя полежу… (Уходит.)
Е л а м а н. Я к ночи не вернусь. Буду дежурить. Передайте Биби… Впрочем, я с ней сам потом поговорю… (Уходит.)