Мутная вода: читать начало книги онлайн

– Так точно, – неуверенно протянул Карась. – Но это официальная версия. Вы же сами видите, сколько опустившейся пьяни толкается в «Баре» каждый вечер. И ведь носит их Зона и хранит, как непутёвых детей!.. Переживают и самых расчетливых, и самых трезвых.

– Твоя правда. – Неожиданно смягчился Петренко. – Один Кардан чего стоит: фугасит с 2007-го, да ещё непрерывно. И ничего, топчет Зону. Ладно… Чёрт с ними. Не наше это дело – спорить с идеологией других группировок. Что не запрещено, то разрешено. В чужой монастырь со своим уставом не ходят.

– Вижу, Вы всё же приняли соломоново решение? – Включился в беседу Доктор. – Мягкость и лабильность, умение подстраиваться, приспосабливаться к обстоятельствам – вот что помогает выжить в Зоне. А трезвый ум – ну кому он здесь нужен? Когда каждый день напоминает горячечный сон сумасшедшего?..

Петренко махнул рукой и прибавил шага, обгоняя нас с Мутом. Доктор с Карасём переглянулись и определённо поняли друг друга без слов.

– А где Бим? – Неожиданно опомнился Мут и попытался взглядом отыскать пса.

– Я отпустил его вперёд. – Ответил Доктор. – Пусть сходит на разведку, в "Деревню кровососов". Многие рассказывали мне об этом месте, но никто так и не составил точных суждений. Каждый увидел там что-то своё. Поглядим глазами Бима, что за наваждения нас там ждут…

– Лично я и на пушечный выстрел к ней не подойду, – заверил нас побледневший Струна. – Доведём вас до поворота и подождём там, на брёвнышке. Папироску курнём. А вы уж как-нибудь сами. Меня вблизи этой деревни такие страхи пробирают, – он многозначительно округлил глаза, – как от самой низкосортной бадяжной дури.

Полковник неопределённо крякнул, но возмущение сдержал…

Минут десять мы шли в абсолютном молчании. Лишь ритмичные хлопки аномалий, да крик испуганной птицы изредка нарушали эту липкую тишину.

И чем ближе мы подходили к «Деревне кровососов», тем глуше становилось вокруг. Как будто я снова оказался в тех самых кошмарах, что виделись мне в детстве.

Я почуял знакомые запахи – влажного дерева и зелени, что регулярно ощущались мной из окна, пока Повелитель кошмаров высасывал жизни моих друзей, медленно продвигаясь от койки к койке. Меня почти охватило то зыбкое оцепенение, игнорировать которое крайне трудно. Ноги похолодели и с трудом шевелились. К горлу подкатил вязкий, тошнотный ком…

На удивление, Мут тоже заметно побледнел, еле перебирая ногами по кляклой, размытой дождями почве. И даже горластый, общительный Бочка шёл, молча.

– Всё, оставляем Вас тут, – громко оповестил группу Дух.

Доктор, озираясь по сторонам, казалось, изо всех сил принюхивался к изменившемуся воздуху этого скверного места.

– Интересно… – Прошептал он себе под нос. И без предупреждения двинулся вперёд, к чёрной, покосившейся деревеньке с водонапорной башней на окраине, без дверей и окон.

Эта тёмная громадина, возвышающаяся над мелкими, просевшими домиками, буквально наводила на меня ужас. Стоило приглядеться к ней чуть пристальнее, и я заметил тёмную фигуру, застывшую в окне. Но стоило мне моргнуть, как морок рассеялся.

Петренко, не говоря ни слова, поспешил вслед за Доктором. Проглотив на ходу пси-протектор, он прибавил шага и скоро догнал Дока, подходящего к обочине пыльной дороги.

Бочка перехватил поудобнее свою «Сайгу» и бодро потрусил навстречу неизвестности, как и все мы. Эд же заметно мешкал. Словно ему нездоровилось. Белое, как молоко, лицо проводника покрыли частые крупинки испарины.

Чем ближе мы подходили к деревне, тем больше менялись мои впечатления. Помимо пугающих меня с детства запахов и звуков, появилось ощущение чьего-то присутствия.

Памятуя нашу встречу с контролёром, я стал представлять себе могучий, чистый водопад. Но картинка никак не желала складываться в моём сознании. Вместо прозрачных, текучих потоков мне представлялась какая-то грязь и болотная скверна с копошащимися в ней отвратительными гадами…

На секунду я словно поймал мимолётный проблеск, пробился сквозь пространственную черту далеко за пределы этой пыльной дороги и косых, чёрных избушек. В голове моей сама-собой сложилась чёткая картинка – пара незнакомцев в плащах притаились за стеной обветшалого домика … Они голодны и злы. Они жаждут чего-то. От того, чтобы нами овладеть, их отделяет лишь пыльная дорога, идущая вдоль деревни… Это и есть "черта невозврата".

«Стой», – прорвался ко мне отчаянный сигнал Бима, и я почувствовал жгучую боль в ногах, резкую, как удар током.

Остановившись, как вкопанный, я рухнул в дорожную грязь. А Мут всё шел, как я теперь понимаю, на верную смерть, зачарованный существами, засевшими в зловещей деревне… Эта мысль так отчётливо промелькнула в моём сознании, что я, кое-как встав на ноги, схватил друга в охапку и, потянув на себя, грубо повалил на землю.

– Не смей! Не ходи!.. – Прокричал я, еле слыша себя сквозь нарастающий колокольный звон. Будто кто-то сердобольный служил панихиду по нашим потерянным душам. – Там смерть.

Постепенно меня опутывала такая невообразимая тоска, столь узнаваемая с детства, что я усомнился в подлинности происходящего и ущипнул себя за ногу, дабы убедиться, что не сплю.

Мут отчаянно барахтался, вырываясь из моих медвежьих объятий, силясь встать и пойти навстречу манящим его созданиям.

В окне ближайшего дома маячило бледное, смутно знакомое, остроносое лицо. Оно смотрело на нас и точно знало, что его не застрелят.

Махнув Бочке, чтобы он остановился, я придавил беспокойного Мута к земле и огляделся по сторонам.

Док с Петренко остановились у самой обочины дороги, но дальше не шли. И то хорошо. Я хотел предупредить их об опасности, но вместо крика из горла вырвался лишь влажный всхлип.

Барахтаясь и отбиваясь, Мут преболезненно зарядил мне костяшками пальцев в рёбра, заставляя меня скрючиться. Невысокий и достаточно худой, сейчас он, казалось, бросил все силы, чтобы вырваться из моих объятий к своим мучителям. Суча ногами по земле, он скулил и корчился, но я не отпускал его, не смотря на болезненные укусы и тычки.