— Я и сама это вижу.
Пендергаст долго смотрел на нее, а потом проговорил:
— Очень надеюсь на это.
Тут металлоискатель снова запищал, и Пендергаст стал раскапывать землю. Вскоре он извлек оттуда маленький игрушечный автомобиль.
— «Морис-майнор». — Пендергаст грустно улыбнулся. — У меня тоже был такой автомобиль в детстве.
— И где он сейчас?
На его лицо легла тень, и Кори решила не настаивать на ответе.
— По большей части признаков, — рассуждал Пендергаст, — наш убийца не относится к типу организованных. Но есть особенности, превращающие это дело в уникальное, чуть ли не единственное в своем роде. Здесь нет и в помине сексуального аспекта убийства. Все серийные убийства так или иначе связаны с сексуальными мотивами, и при этом не обязательно извращенными. Одни преступники объявляют охоту на проституток, другие нападают на парочки в автомобилях, третьи предпочитают сексуальные оргии, четвертые практикуют изнасилование, после чего убивают своих жертв. Есть особая категория серийных убийц, помешанных на гомосексуальных связях. Есть даже такие, которые убивают жертву, а потом целуют ее тело и украшают роскошными цветами.
Кори передернулась от ужаса.
— Что же касается наших убийств, то они, похоже, не имеют сексуальной подоплеки; это и делает их необычными.
— А чем еще они отличаются?
— Организованные убийцы придерживаются определенного типа поведения; криминальные психологи называют его ритуальным. Это значит, что все убийства происходят по определенным правилам и в определенной обстановке. Так, к примеру, убийца всегда соответственно одет, неизменно использует один и тот же нож или пистолет, а само убийство осуществляет по давно заведенному образцу. Кроме того, такой убийца и с телом жертвы обходится по строго определенным правилам. Правда, такой ритуал далеко не всегда очевиден, но он обозначен в той или иной форме, поскольку представляет собой важный элемент самого убийства.
— Так это вполне соответствует нашему случаю.
— Напротив. Наш убийца действительно использует определенный ритуал, но при этом сам ритуал меняется применительно к каждой новой жертве. К тому же он не просто убивает людей, а подвергает их таким странным процедурам, будто имеет дело с животными. А недавнее убийство собаки вообще выходит за пределы моего понимания. Здесь вообще нет никакого ритуала, а по большинству признаков это преступление напоминает мне неорганизованное убийство. Он просто убил животное и отрезал ему хвост, вот и все. Почему? Зачем? Какой в этом смысл? К этому же типу можно отнести и вполне спонтанное нападение на Лонни Гаспарилло. Здесь нет не только определенного ритуала, но даже твердого намерения убить жертву. Похоже, убийца просто получил от него все, что хотел — скальп и большой палец, — и ушел восвояси. Короче говоря, эти два убийства содержат в себе признаки обоих типов, и именно это ставит меня в тупик. Такого я еще никогда не видел.
Пендергаста прервал очередной писк металлоискателя. К этому времени они уже приблизились к концу намеченной ранее линии и хотели повернуть обратно. В этом месте склон кургана заканчивался, а высокая трава постепенно переходила в кукурузное поле. Пендергаст наклонился и стал снимать верхний слой земли, но ничего не обнаружил. Он еще раз навел металлоискатель, который, словно протестуя, издавал устойчивый сигнал, свидетельствующий о наличии металлических предметов.
— Здесь не меньше двух футов глубины, — заметил Пендергаст, приступая к раскопкам.
Через несколько минут он выкопал довольно большую яму и продолжал напряженно трудиться, но уже осторожно. Наконец его нож наткнулся на что-то твердое. Пендергаст сменил нож на небольшую щетку и начал аккуратно сметать землю, обнажая находку. Кори, сгорая от нетерпения, заглядывала ему через плечо. В земле показался какой-то странный темный предмет. Еще несколько ловких движений щеткой — и они увидели полуистлевший ковбойский сапог с металлической шпорой. Пендергаст вынул находку из земли и повертел перед глазами. Нижняя часть сапога была аккуратно срезана острым предметом. Он торжествующе посмотрел на Кори.
— Похоже, легендарный Гарри Бомонт носил обувь одиннадцатого размера!
В этот момент они оба вздрогнули от раздавшегося позади них громкого крика. Какой-то человек бежал к ним, размахивая руками, и что-то кричал. К счастью, это оказался помощник шерифа Тед Франклин.
— Мистер Пендергаст! — орал он во всю глотку. — Мистер Пендергаст!
Пендергаст поднялся и посмотрел на раскрасневшегося и изрядно вспотевшего от быстрого бега Теда.
— Мистер Пендергаст, Гаспарилло пришел в сознание и… и… просит вас к себе.
Глава 26
Шериф Хейзен сидел на пластиковом стуле в коридоре перед дверью реанимационной палаты, где лежал Гаспарилло, и ждал приезда Пендергаста. В голову лезли самые неожиданные мысли. Он почему-то вспомнил прохладные вечера ранней осени, подумал о предстоящем этим летом хорошем урожае, представил себе обнаженную Памелу Андерсон, но ничего не помогало. Хейзену никак не удавалось отвлечься от гнетущего предсмертного стона, доносящегося из-за двери. И еще этот удушливый запах, от которого не спасала даже плотно закрытая дверь. Как бы он хотел сейчас уйти отсюда или хотя бы посидеть в приемном покое, но нет, надо торчать здесь и ждать Пендергаста. Господи, когда же это кончится?!
Наконец в дальнем конце коридора показалась высокая фигура агента ФБР. Шериф вскочил и пожал протянутую руку, подумав при этом, что в родных местах Пендергаста, видимо, принято пожимать руки по пять раз на дню. Прекрасный способ распространения инфекционных заболеваний.
— Спасибо, шериф, что дождались меня, — сказал Пендергаст.
Хейзен пробормотал что-то невразумительное. Из-за двери реанимационной палаты снова донесся глухой стон, тут же сменившийся хрипом. Пендергаст постучал в дверь, и она сразу же отворилась. В палате возле койки, на которой лежал забинтованный Гаспарилло, стояли врач и две медсестры. К больному было подведено большое количество трубок и проводов, а с забинтованной головы на Пендергаста смотрели потемневшие от ужаса и боли глаза.
Шериф остался у двери, не решаясь приблизиться к умирающему в муках человеку. Пендергаст подошел к койке и наклонился над больным.
— Он чрезвычайно возбужден, — сообщил доктор. — И все время требует, чтобы вы пришли к нему. Вот мы и подумали, что ваш визит, возможно, хоть как-то успокоит его.
Первые несколько минут Гаспарилло только мычал, но, увидев Пендергаста, напрягся и нервно задергался, будто в предсмертных судорогах.