— В конце линии? — переспросил Пендергаст. — Какой линии?
Парень покраснел от смущения.
— Ну, знаете, там такая резиновая полоса. — Он указал на конвейер с барахтающимися вниз головами птицами.
— В таком случае мы пойдем вдоль конвейера, пока не найдем его.
— Нет, сэр, не положено, — замахал руками парень и посмотрел на Кори, словно надеясь на ее помощь. Кори хорошо знала этого парня по имени Барт Бледсоу. Он окончил школу в прошлом году и только что устроился сюда на работу. Типичная история преуспевающего, по местным меркам, парня.
Пендергаст пошел в дальний конец цеха, а Бледсоу следовал за ним, возмущенно размахивая руками. Вскоре они исчезли за небольшой дверью. Кори успела проскочить за ними, зажав пальцами нос и стараясь не наступать на кучи индюшачьего помета. Комната была небольшая, в ней висели надписи, предупреждающие о возможности поражения электрическим током. В конце комнаты стояла огромная металлическая емкость, где и заканчивался жизненный путь индеек. Конвейер направлял их сюда, и их головки окунались в воду. Здесь они уже не барахтались и превращались в сырье для дальнейшей обработки.
— Ну что ж, — глубокомысленно заметил Пендергаст, наблюдая за этим процессом, — гуманно, очень гуманно.
Кори нервно переминалась с ноги на ногу и отворачивалась. Она знала, что будет дальше.
Конвейер двигался в окошко на противоположной стене. Пендергаст подошел поближе и заглянул в следующий цех. Кори неохотно последовала за ним. Следующее помещение было большим и круглым. Конвейер доставлял туда неподвижные тушки индеек, а посередине комнаты работал большой автомат, отсекающий им головы острым как бритва лезвием. Кровь брызгала на стены и стекала ручьем в большой чан. С одной стороны конвейера сидел человек в халате и с длинным ножом, похожим на мачете. Ему полагалось прикончить тех птиц, которых по тем или иным причинам пропустила машина. Кори не выдержала и снова отвернулась.
— Как называется этот цех? — спросил Пендергаст.
— Кровавый, — ответил Бледсоу. Он уже перестал возмущаться и не без удовольствия выступал теперь в качестве гида.
— Вполне подходящее название, — отозвался Пендергаст. — А что происходит с кровью?
— Ее сливают в большие цистерны, а потом куда-то увозят. А что происходит дальше, понятия не имею, — пояснил парень.
— Думаю, добавляют в корм для животных, — предположил Пендергаст. — Тут все залито кровью.
Кори передернуло. Здесь все было так же ужасно, как и на кукурузном поле, когда она увидела безжизненное тело Уилли Стотта.
— А куда потом поступают индейки?
— В ошпарочный цех.
— Ясно. А как вас зовут?
— Барт Бледсоу, сэр.
Пендергаст дружески похлопал его по плечу.
— Очень хорошо, мистер Бледсоу, ведите меня дальше.
Они миновали кровавый цех, прошли по длинному коридору и оказались в огромном мрачном помещении, напоминающем пещеру. Здесь конвейер делал поворот и доставлял тушки индеек к большой емкости, где их окунали в кипящую воду, а потом сдирали перья и вынимали потроха. В этом помещении было очень шумно, а запах стоял такой, что голова шла кругом. Кроме того, здесь было так жарко, что Кори сразу ощутила на руках и других открытых частях тела мелкие капельки конденсированной жидкости. Она впервые пожалела о том, что не осталась в машине.
— Что здесь происходит? — допытывался Пендергаст, вполне освоившись с ролью экскурсанта.
— В ошпарочном цехе птицу обдают горячим паром, потом окунают в кипящую воду и очищают от перьев.
Пендергаст посмотрел туда, где с конвейера свисали уже почти голые тушки индеек.
— А дальше куда их направляют?
— В потрошильный цех.
— Ну что ж, вполне логично.
Бледсоу, слегка замявшись, попросил:
— Подождите меня здесь, сэр. — И он тут же исчез.