Птенец человеческий: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Однако, заткнутые (участковым) уши не мешали жильцам дома открывать на Андрея рот и всё чаще в сторону «дирижёрского» балкона из соседних «лоджий» сыпались на «маэстро» многочисленные проклятия. Подобно злому гению, Андрей, как тонкий ценитель тяжёлой «орнитологической музыки», продолжал купаться в леденящих душу звуках, не обращая внимания на недовольные вопли невежественных слушателей, которым, по всей вероятности, в детстве медведь наступил не только на ухо, но и на эстетический вкус!

Сделав неутешительные выводы о том, что проклятия для чёрта это всё равно, что комплименты для барышни, жильцы дома плюнули на Андрея и, чтобы не растрачивать последние нервы, перестали обращать на его выходки внимание.

К концу второй недели «фестиваля» соседи даже стали немного привыкать к утреннему оранью Аргентависа, а некоторые оптимисты, ласково прозвав его «городским петухом», перестали заводить будильники и просыпались от его звонких криков.

Выдрессированные жильцы дома, как спящие в казарме солдаты, услышав утреннюю «сирену», одновременно, как по команде, соскакивали с кроватей и, вставив в уши беруши, начинали собираться на службу.

Люди настолько свыклись со своей участью, что стали относиться к этому неизбежному шумовому недоразумению примерно так же, как если бы под окнами их дома проходила железная дорога, по которой каждое утро, с грохотом, проносился бы товарный поезд. Но однажды, «поезд» почему-то не пронёсся. На следующее утро из квартиры Андрея тоже не раздался, уже знакомый всем, скрежещущий крик. Невольные слушатели сначала восприняли это затишье как антракт, а когда «концерт» не продолжился и на следующий день, подумали, что «фестиваль альтернативной птичьей музыки», наконец-то, подошёл к концу! Как и принято, в таких случаях, тонкие ценители тишины бурными аплодисментами встретили это радостное событие и стали требовать выхода «маэстро» на финальный поклон, чтобы выразить ему своё признание. Однако, непрекращающиеся овации были напрасными и остались без внимания. «Дирижёр» так и не вышел на опустевший балкон к своим утомлённым «поклонникам». Опущенный «занавес» на окнах хранил зловещую тайну «закулисья», и всерьёз встревоженные жильцы дома вызвали полицию.

Взломанная, при понятых, дверь с хрустом распахнулась и в квартиру, так же медленно, как и в прошлый раз, с вытянутым перед собой пистолетом, вошёл участковый.

Обстановка в квартире была прежней, следов ограбления или другого какого-либо преступления участковый не зафиксировал и на то, что Андрей переехал в другое место — тоже было не похоже. Все вещи лежали на своих местах, кружка с остывшим кофе стояла возле включенного компьютера, кровать в спальне была не заправлена, ботинки с курткой находились в прихожей. Складывалось впечатление, будто хозяин только что встал с постели, пошёл посрать и провалился. Чтобы удостовериться в обратном и исключить эту нелепую версию, участковый (не веря в то, что он это делает) даже проследовал в туалет и с любопытством заглянул в унитаз. Не обнаружив следов смыва Андрея, он опросил толпившихся возле входа в квартиру шушукающихся соседей, составил протокол осмотра помещения и, опечатав входную дверь, отправился на поиски пропавшего.

Тщательно распутывая это мистическое дело, следователи прокуратуры всё больше запутывались и вязли в нём сами. Ведь если опираться на свидетельские показания предыдущих соседей пропавшего, сообщивших о его хронической «голубофобии», которой, по их словам, он страдал с самого детства, то у следователей вырисовывалась только одна-единственная картина происшествия. И выглядела она так:

«Дворовые голуби, мечтая отомстить обидчику за свои многолетние страдания, сумели выследить беспощадного «тирана» и, подкараулив его в подворотне, возле новой «штаб-квартиры», свели с ним счёты!»..

Мотив следователям был понятен, а вот детали этого возможного преступления им были не ясны. Что они с ним могли сделать? Насмерть заклевать, а труп до неузнаваемости обосрать помётом? И как об этой единственной версии следствия доложить руководству?

В конце концов, отчаявшиеся следователи (для вида) отработали все возможные версии и со спокойной душой, в связи с отсутствием улик, положили дело Андрея на полку нераскрытых преступлений.

Голубиная вендетта, конечно, была бы красивым и логичным финалом этой истории, но на самом деле, истинной причиной исчезновения стали вовсе не голуби…

В то злополучное утро Андрей, как обычно, заварил себе кофе, включил в компьютере (гоняющую по всему телу мурашек) композицию Аргентависа и, размахивая образной дирижёрской палочкой, вышел на балкон.

Закрыв глаза, он попытался представить себе эту могучую и сильную птицу, способную издавать такие адские звуки. В воображении Андрея она была похожа на гигантского птеродактиля с длинным зубастым (как пила) клювом. По его мнению, именно таким клювом можно было издавать эти жуткие скрежещущие звуки.

Рождённые (первобытным криком Аргентависа) фантазии мгновенно перенесли Андрея в Эру Динозавров, словно в компьютерную виртуальную игру. Долго не думая, он вселился в воображаемый персонаж и начал облетать свои новые владения в образе грозной птицы. Он взмывал высоко к солнцу, пикировал «камнем» вниз, пролетал над бескрайними зелёными полями с мирно пасущимися на них стадами динозавров, под ним проплывали синие реки и голубые озёра с плескающимися в них Лох-несскими чудовищами. Он, как бесшумный «истребитель», носился над пугливой девственной природой и ощущал себя неуязвимым ЦАРЁМ зверей, птиц и рыб.

Неожиданно закончившийся в компьютере музыкальный трек, словно острый нож, подрезал крылья Андрея и стал тянуть его к Земле, пытаясь вернуть мечтателя из виртуального мира обратно на реальный балкон.

Не желая выходить из образа, Андрей решил ещё хоть ненадолго продлить приятные ощущения и, грациозно размахивая руками, продолжал парить в виртуальных облаках. Издавая теперь уже своим ртом громкие, хриплые звуки выученной наизусть «песни» Аргентависа, Андрей вдруг почувствовал, как его тело в один миг стало невесомым и, словно подхваченное ветром, взмыло высоко вверх. Впервые испытывая такие сильные галлюцинации, он ещё крепче зажмурил и без того крепко закрытые глаза и, полностью расслабив тело, отдался охватившим его ощущениям.

Подозрение, что с ним происходит что-то неладное, закралось в Андрея лишь тогда, когда звуки города стали постепенно утихать в его голове, а шелест крыльев, наоборот, стал каким-то отчётливым и слишком реальным. Подумав, что это уже не шутки, Андрей корректно вышел из виртуальной игры, мысленно вернулся на балкон и осторожно приоткрыл глаза..

Малюсенькие коробочки многоэтажных домов медленно уходили от него вдаль, зашториваясь полупрозрачными, как тюль, облаками. От страха у Андрея перехватило дыхание, а учащённое биение сердца перешло на литаврную дробь. Он резко и крепко зажмурил глаза, потряс головой (чтобы окончательно избавиться от застрявших в его голове галлюцинаций и заложенности в ушах), перестал махать руками, больно ущипнул себя (для верности) и снова, с опаской, медленно приоткрыл сначала один глаз.

К радости Андрея, город исчез. А вот чувство полёта, к сожалению, не улетучилось. Белые густые облака (окружающие его как мыльная пена) сначала погрузили Андрея в мысль о том, что он по какой-то причине умер на своём балконе, и в данный момент его душа летит на небеса. Но потом, неприятный запах и равномерное шуршание крыльев всё же поставили под сомнение его предположение.

— Ведь не может же сопровождающий душу Ангел, так сильно вонять?! — убеждал себя Андрей и, морально подготовившись к самому худшему, поднял голову вверх, чтобы заглянуть в лицо предполагаемой опасности.

То, что увидел Андрей, точно было не лицом и абсолютно не совпадало с его виртуальными представлениями. Огромная чёрная птица, держащая Андрея своими крепкими лапами, была больше похожа на гигантскую чёрную ворону, чем на белокрылого Ангела.

Андрея пронзила брезгливая дрожь и, вздрогнув всем телом, он попытался стряхнуть с себя эту мерзкую тварь, но потом, опомнившись и представив, что будет, если птица выпустит его из своих лап, крепко вцепился руками в её скрюченные шершавые когти, как в парашютные стропы. От стойкого неприятного птичьего запаха, большой высоты и от самого факта, что его, как червяка, куда-то тащит огромный монстр, у Андрея закружилась голова, и к горлу стала подступать тошнота.

Закрыв глаза, Андрей попытался полностью абстрагироваться, прийти в себя, сосредоточиться, трезво оценить обстановку, понять, что с ним происходит и принять разумное и единственно правильное решение, как действовать дальше.

Сбросив с себя истеричную обреченность, повисшую на его ватных ногах, и призвав на помощь единственное, что могло в данный момент к нему прийти — ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ и ЛОГИКУ, начал спокойно рассуждать:

— Для начала мне нужно понять, кто она такая и куда она меня несёт? Одно ясно точно, это не Ангел. А раз это не Ангел, значит, мы летим не в Рай. Если эта страшная чёрная птица меня тащит в Ад, то лететь мы должны не вверх, а вниз. Отсюда следует, что наш путь лежит и не в Ад. Тогда куда я ещё могу лететь на такой «дуре»? Нечто похожее я наблюдал в мультфильме «Доктор Айболит», где доктор летел, сидя на орле, в Африку, к берегам Лимпопо, на помощь больным обезьянам. Но я что-то не припоминаю, чтобы мне поступали предложения сняться в художественном фильме в роли ветеринара. А может, эта птица из страны Великанов, которая летела на юг и, пролетая мимо нашего города, решила мной подкрепиться? Ведь недаром же вокруг меня всю жизнь ютились голуби! Я, видимо, действительно выделяю какие-то аппетитные запахи, и птицы считают меня съедобным деликатесом. Тогда почему она меня до сих пор не сожрала? Решила полакомиться мной позже, или мне предстоит сыграть роль «гостинца» для её птенцов, принесённого из-за границы?..

Увлекшись домыслами, рассуждениями и догадками Андрей не заметил, как быстро пролетело время и как далеко залетело его тело. Опомнился Андрей лишь тогда, когда цепкие лапы птицы разжались, и его задница плюхнулась на что-то мягкое и слегка колючее.

— Гигантское гнездо! — сдавленным голосов прошептал Андрей, бегло осмотревшись по сторонам, — Ну, всё, сейчас меня станут рвать на куски, — обречённо подумал Андрей и, съёжившись, прижался к стенке гнезда, прикрывая лицо руками. Но довольная птица удовлетворённо и миролюбиво смотрела на Андрея, не показывая никаких признаков агрессии. Андрею даже показалось, будто её клюв ласково улыбается ему. При свете яркого солнца она уже не казалась Андрею такой страшной и хищной. Её тёмные перья переливались на солнце, как ровно сложенный веер, сверкая всеми цветами радуги.

— А где же голодные птенцы? — вдруг спохватился Андрей, вспомнив, что он не гость, а «гостинец», и внимательно, сквозь растопыренные пальцы принялся осматривать гнездо, пытаясь найти в нём хоть какие-то бытовые доказательства их присутствия. Как ни странно, в гнезде было чисто, уютно и никакими птенцами даже и не «пахло». — А что, если эта птица, ещё пока не «мать», а лишь созревшая «девица», которая живёт одна в гнезде, мечтая отложить в нём яйца? А меня сейчас использует как приманку, чтобы заманить самца на «романтический ужин» и, побаловав его столь редким угощением, соблазнить? Ну, уж нет! Чтоб меня заживо склевал какой-то ухарь перед тем, как трахнет эту «курицу»? Я этого точно не перенесу. Я лучше заранее сдохну и испорчу хозяйке блюдо, чем стану экзотическим «фуагра», у которого заживо выклюют печень! — решительно заявил Андрей сидящей напротив него птице и, зажмурив от страха глаза, выпрыгнул из гнезда.

В последние секунды своей жизни, Андрей скомкано пробежался по самым приятным эпизодам прожитого пути и, наспех попрощавшись с родителями, морально приготовился встретить смерть. Но вместо хлёсткого удара о землю, он резко взметнулся вверх и через пару мгновений вновь очутился в знакомом гнезде. Недовольная птица легонько тюкнула клювом по голове провинившегося Андрея, как бы в знак назидания, и громко, пронзительно заверещала.