Семнадцатая жена: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Со временем учёного стала пугать одержимость начальника к расширению теперь уже корпорации «Иден». Считая, что, прежде всего, их разработки должны помогать сохранять баланс сил в мире и тем самым удерживать страны от новых войн, Патрис без восторга встретил создание собственной частной армии, которая к тому же всё чаще и чаще мелькала в спорных и скандальных, неоправданных по своей жестокости миссиях НАТО. Когда же он случайно узнал о том, кому именно продаётся часть новейших вооружений и что Дмитрий не только прекрасно знает о целях покупателей, но и делает это не столько ради наживы, сколько желая создать хаос, выгодный в далеко идущих амбициозных планах, Фобер решил для себя, что сына своего лучшего друга, мечтавшего о мирном небе над головой всех жителей планеты, пора остановить.

Со всеми мыслимыми предосторожностями он стал передавать крупицы информации прессе, общественным деятелям, фирмам противоположной направленности. Вот уже полгода его верным союзником на невидимом информационном фронте был английский герцог, занимавший видное место в мировой политике, однако результаты были всё равно незначительными. Учёный опасался публиковать выкладки серьёзных разработок, справедливо полагая, что это пусть и подорвёт корпорацию «Иден», но усилит её конкурентов, которые ничуть не лучше. А туманные и немногословные намёки легко отбивались армией лоббистов и журналистов из купленных изданий, в особенности рупором современного общественного мнения — Первым Общественным. Теперь же Патрис решился пойти ва-банк, всё-таки связавшись как с конкурентами корпорации «Иден», объединившимися в единый синдикат, так и с корпорацией, бывшей главной проблемой Дмитрия, с «Ред Фокс». Фармацевтический гигант, возглавляемый талантливым учёным Калисой Фокс, поддерживал гуманитарные миссии по всему миру, способствовал принятию целого ряда невыгодных для оружейного барона законов и межправительственных договоров. Несколько раз пикетировал и срывал съезды и переговоры, в которых Дмитрий мог добиться существенных для себя уступок. Конкурентам Патрис оказал большую помощь в их мелких интригах, но по сравнению с его возможностями, это была жалкая подачка. Уничтожая одного монстра, он не хотел помогать другим хищникам. Основной козырь Фобер приберёг для «Ред Фокс».

Вздрогнув, когда ему на стол поставили заказ, учёный убрал газету, постаравшись вновь нацепить на лицо выражение беззаботности, и ему это удалось, хотя и с неимоверным трудом. Однако еда не лезла в горло от волнения, с трудом удавалось сдержать дрожь в руках. Кое-как выпив чай, Патрис расплатился, и, выйдя из кафе, поехал на такси к вокзалу. До поезда оставалось уже не так много времени, а потом его ожидал перелёт до Гонконга, в штаб-квартиру Ред Фокс, на встречу, которая должна была положить конец безумным планам оружейного магната.

Встреча Дмитрия Идена с загадочным гостем должна была состояться в час ночи в пятницу. До острова, за четыре часа до встречи, Стефан добрался на подводном скутере, быстром и бесшумном, проделав первую половину пути прикрепившись ко дну прогулочного корабля, а затем своим ходом. В порту Сент-Идена он включил чип и в форменной одежде технического персонала и с сумкой со своей аппаратурой направился к соседнему с башней «Вечность» зданию — громаде кинотеатра «Купол».

Дальше всё было делом техники. Беспрепятственно поднявшись на пятнадцатый этаж развлекательного центра — максимальный этаж, куда он мог проникнуть, не предъявляя часы-пропуск турникетам, — Стефан выбрался на парапет здания через окно в туалете ресторана. Затем, в уже опустившейся на остров темноте, стал карабкаться к основанию шпиля двадцатипятиэтажного здания, наилучшей точке для наблюдения за пентхаусом башни «Вечность». На счастье Стефана громаду кинотеатра покрывал панцирь афиш и рекламы, светившихся как новогодняя ёлка, тросы и всевозможные металлические конструкции опутывали стены высотки как паутина. В местах, где крепежи не вызывали доверия, спасали карнизы и архитектурные излишества отделки. В ночной темноте, рядом с переливающимися громкими слоганами, никто не заметил новоявленного человека-паука, и вор без происшествий закончил восхождение на узкой площадке с перилами, окаймлявшей высокий купол со шпилем. Стефан закрепил на штативе фотоаппарат с двадцатисантиметровым объективом и лазерное устройство для считывания голосов по вибрации стекла. Ему оставалось только ждать.

Таинственный гость «распорядителя мировых революций и гражданских войн», как называли Дмитрия в прессе, прибыл с опозданием на личном реактивном шестиместном самолёте миллиардера, расцветив небо снопом ярких сигнальных огней. Летальное средство использовалось исключительно Дмитрием, также, поскольку машина была вертикального взлёта, она была единственным самолетом способным сесть на острове. Именно фрахт данного самолёта, о котором стало известно через работников аэропорта Сент-Идена, и был одним из фактов, заставивших переполошиться заказчиков Стефана.

Срочные ночные визиты таинственных, но явно влиятельных особ к вашему врагу сложно назвать хорошей приметой. Особенно в преддверии какого-то крупного саммита по экологии и экономике, на который соберутся важные люди вроде Д. Д. Строна, новость о мероприятии вор прочитал по пути в Лаплас. Он не интересовался политикой, но пропустить огромный баннер с роскошным кораблём в новостной ленте просто не мог. Сильные мира сего через пять дней взойдут на борт крупнейшего в мире круизного лайнера и проследуют маршрутом из Сингапура в Индию, в бархатный сезон. Неужели все там и вправду будут обсуждать что-то важное, а не пить и кутить в десятках ресторанов и баров плавучей Гоморры? Так или иначе, но Стефан решил, что за исключительную, актуальную и срочную информацию ему точно не переплачивают.

Спустя минут десять после приземления, лимузин, больше напоминавший английский танк времён Первой мировой войны, въехал в гараж высотки. Стефан прильнул к фотоаппарату и надел наушники подслушивающего устройства. Просторная и единственная гостиная пентхауса, занимавшая большую часть апартаментов, была под колпаком у вора.

— …я держу эту квартиру только для интересных встреч. — Ровный электронный голос подслушивающего устройства не передавал интонаций, равнодушно воспроизводя все зафиксированные звуки.

В объективе показался мужчина лет тридцати, высокий, в сшитом по фигуре иссиня-чёрном костюме. На овальном лице блестели живые и умные тёмные миндалевидные глаза, крупный нос с небольшой горбинкой и ухоженные усы с бородкой, выбритой изощрёнными полукольцами. Дмитрий Иден был как всегда красив и элегантен, больше походя на завсегдатая Лазурного берега и роскошных номеров Монте-Карло, чем на торговца смертью. А вот зашедший за ним таинственный гость невероятно удивил Стефана.

— Пошляк. И, конечно, без прислуги, подай мне стакан холодного.

Затаивший дыхание вор смотрел на нестареющую хозяйку мирового фармацевтического гиганта, щедро финансировавшую передовые генетические разработки. Калиса Фокс собственной персоной в пентхаусе оружейного барона. Стефан невольно засмотрелся на эту невысокую, но энергичную девушку или женщину (никто не знал, сколько ей лет на самом деле) с огненно-рыжими длинными волосами, струившимися до лопаток. Её хитрые жёлтые глаза, слегка прикрытые, дополненные неизменной полуулыбкой на изящно очерченных губах, словно похищенной у Моны Лизы, смотрели на прохожих с огромных плакатов компании «Ред Фокс» во всех столицах мира. В свободном белом костюме из юбки и жакета, прекрасном как все истинно простые вещи, Калиса села на диван и продолжила общаться с Дмитрием как старая подруга.

Стефан не верил своим глазам: это было невероятно. Вся пресса бурлила взаимными оскорблениями и нападками двух империй мирового бизнеса, боровшихся по разные стороны баррикад. Дмитрий продавал оружие самым сомнительным режимам и негласно поддерживал экстремистские организации по всему миру, создавал очаги конфликтов и часто опускался до рэкета. Всё это постоянно осуждалось гуманитарными организациями, действовавшими под эгидой «Ред Фокс». Но дело было не только в человечности и гуманистических идеалах. Корпорация «Иден» создавала хаос, сильно мешавший бизнесу фармацевтического гиганта, а также щедрой рукой финансировала радикалов, активно выступавших среди прочего и за прекращение любых генетических экспериментов. Их акции и теракты стопорили исследования «Генно-инженерной группы», возглавляемой «Ред Фокс», и приносили дополнительные издержки и миллионные убытки. Немыслимо увидеть этих двоих просто рядом друг с другом: они старались одновременно не находиться в одном городе, а сейчас на глазах у вора спокойно расположились в пентхаусе и мило разговаривали. Подобная новость перевернула бы весь мир с ног на голову, но тема делового разговора, к которому перешли эти два неординарных человека после обмена взаимными подшучиваниями, заставила вора занервничать куда больше, забыв обо всех неформальных мелочах встречи.

— У меня вишнёвый сок лучше.

— Я был не против навестить твою штаб-квартиру.

— Боюсь, если бы ты её посетил, то назад уже не вернулся.

— Однако она это как-то сделала.

— Она привезла мне подарок, от которого я не смогла отказаться, и потому согласилась на дальнейшее сотрудничество.

— Знаю, и мне тоже.

— И что же преподнесла тебе любовь твоей юности. Тебе присудили звание посла мира ООН.

— Не читай газеты до обеда. Мы с ней только старые хорошие друзья, которые сотрудничают ради взаимовыгодной цели. Как, впрочем, и ты с нами.

— Не отрицаю, и всё это замечательно, я рада за всех нас. Но ты не ответил на мой вопрос.

— Координаты ядерных объектов разной степени функционирования, которые я ищу не один год.

— Иден будет ещё приторговывать грибной рассадой. Весело, но грязно. Уважаемый Князь, Ваша корпорация как всегда прямая и пошлая.

— Отчего же сразу торговать. Мне ли напоминать тебе, чем на самом деле занимались на Фукусиме-1. Да и может у тебя от радиации лисий хвост, наконец, вырастет. И чем тебя не устраивает мой титул.

— Обойдусь как-нибудь без твоей помощи. Спорим на твою бороду, через шесть лет я смогу наградить хвостом, и не только хвостом, любого желающего. Что до твоего титула, то я до сих пор не могу выяснить, что ты предложил за него грекам.

— Я знаю, чем заканчиваются споры с тобой.

— Ну так что.

— Воздержусь.

— Я не про это.