Без линии фронта: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В восточные области страны было вывезено около 13 тысяч тонн зернопродуктов, отправлено значительное количество крупного рогатого скота, овец, тракторов, комбайнов, молотилок. Колхозники, рабочие совхозов и МТС проявили настоящий героизм, спасая от врага скот и сельскохозяйственную технику.

30 июня и 1 июля 1941 года обком партии получил от ЦК КП(б)Б директивы о создании партийного подполья и развертывании партизанского движения в тылу противника. Бюро обкома тут же провело совещание секретарей райкомов и горкомов партии, советского актива, на котором договорились, что нужно конкретно сделать. Руководство подпольной деятельностью в городах и районах возлагалось на тройки в составе секретаря райкома (горкома) КП(б)Б и двух других ответственных работников. Им вменялось в обязанность создавать подпольные партийные и патриотические ячейки, диверсионные группы и партизанские отряды, возглавить на местах борьбу против немецко-фашистских захватчиков. Тройки или подпольные райкомы КП(б)Б удалось создать в большинстве районов области. Но кое-где не успели сделать все, что намечалось. Враг продвигался довольно быстро. Поэтому в Лепельском, Ушачском, Ветринском, Чашникском, Дриссенском районах коммунисты вынуждены были перейти на подпольную работу без нужной подготовки.

В создании подполья активно участвовал и комсомол. По указанию ЦК ЛКСМБ и обкома партии областной комитет комсомола в считанные дни сформировал подпольные комсомольские организации во многих городах, районных центрах и деревнях. Они объединили около 3000 юношей и девушек. Во главе организаций, как правило, встали работники райкомов и горкомов ЛКСМБ, специально оставленные для этого на местах.

5 июля бюро обкома партии рассмотрело директиву Совнаркома и ЦК КП(б)Б о создании народного ополчения. Областной комитет призвал рабочих, служащих, интеллигенцию встать на защиту Родины, записаться в ряды добровольцев. Советские патриоты горячо откликнулись на призыв партии. Например, в Витебске в ополчение вступили 1500 человек, крупные добровольческие отряды были организованы и в Орше.

В начале июля в сводках Совинформбюро появились сообщения с нового, витебского направления. Противник рвался к областному центру. 5 июля фашисты захватили Сенно. Наши части оказались в тяжелом положении. Казалось, что гитлеровские танки вот-вот появятся и в самом Витебске. Но советские воины дрались самоотверженно, до последних сил отстаивая каждый рубеж.

На этом участке фронта действовала 20-я армия под командованием генерал-лейтенанта П. А. Курочкина. 8 июля витебляне узнали радостную весть. 5-й и 7-й механизированные корпуса этой армии под командованием генералов И. П. Алексеенко и В. И. Виноградова мощным ударом отбросили вражеские войска в сторону Лепеля и Сенно. Однако наши наступавшие корпуса встретили упорное сопротивление танковых частей врага и выброшенного в районе Сенно крупного воздушного десанта. Завязались жестокие, кровопролитные бои. 20-я армия оказалась в тяжелом положении и под давлением превосходящих сил противника вынуждена была отступить. 9 июля передовые гитлеровские части подошли к Витебску.

Вместе с бойцами 153-й дивизии город защищали народные ополченцы. Бои шли 9, 10 и 11 июля. 1-я рота Первомайского батальона под командованием А. И. Юшкевича сильным огнем отбивала попытки врага форсировать Западную Двину в центре города. Батальон Осоавиахима во главе с командиром Клейновым и комиссаром Усатенко два дня удерживал участок фронта на берегу Двины в районе Мазурина. Ополченцы уничтожили фашистский батальон, который хотел переправиться через реку. Другие подразделения ополчения вели бои в городе и на смоленском шоссе. В неравной схватке с противником под Журжевом почти целиком погибла 1-я рота батальона Осоавиахима. Бойцы не отступили ни на шаг, до конца выполнив свой воинский долг. С командованием соединений и частей, оборонявших областной центр, поддерживали постоянную связь руководящие работники обкома партии и облисполкома. Совместно решались самые различные вопросы: и формирование пополнения, и эвакуация раненых, и ведение разведки.

11 июля части Красной Армии и подразделения народного ополчения вынуждены были оставить Витебск. Многие ополченцы влились в действующую армию, а остальные ушли на занятую врагом территорию, чтобы продолжать борьбу в рядах партизан и подпольщиков.

В те дни у обкома партии коренным образом изменились условия работы. Он оказался в прифронтовой полосе, вне пределов области, временно оккупированной немецко-фашистскими захватчиками. 15–16 июля состоялись заседания бюро. На них шел обстоятельный разговор о том, как действовать в сложившейся обстановке, как наладить связь с коммунистами, оставшимися на захваченной врагом территории. Были также вскрыты недостатки в работе в первые дни войны. Приняли решение: сформировать в самое ближайшее время 9 партизанских отрядов по 18–20 человек и послать их в районы области. Укомплектовать отряды предполагалось за счет партийных, советских и хозяйственных работников, которые отходили на восток страны. Немало таких людей сосредоточилось в Смоленской и Калининской областях.

Для организации отрядов бюро областного комитета партии образовало две специальные группы под руководством секретарей обкома Н. П. Мельникова и А. С. Пархоменко. Первая группа вела организаторскую работу в районе Ржев, Велиж, вторая — в районе Вязьма, Ярцево. Сформированные отряды немедленно отправлялись на территорию Витебской области. Путь был тяжел, не всем удалось пройти через линию фронта. Некоторые отряды, понеся большие потери в боях с противником, вернулись назад. Только отряды под командованием Иванова, Плюро, Наровенко, Бирюлина сумели выйти в указанные им районы.

Фронт все дальше удалялся от Витебской области. Связь с районами поддерживать становилось труднее и труднее. Тогда у обкома кроме посыльных никаких других средств не было. Посыльных с полным основанием можно назвать героями. Люди пробирались во вражеский тыл, где всюду их подстерегала опасность. Но они шли, думая лишь о том, как лучше выполнить задание обкома. Многие погибли в схватках с противником. А те, кто возвращался, снова получали задания и опять уходили на оккупированную врагом территорию.

Действия обкома направляло и поддерживало бюро Центрального Комитета Компартии Белоруссии. Секретари ЦК КП(б)Б П. К. Пономаренко, П. З. Калинин, И. И. Рыжиков, Н. Е. Авхимович, Г. Б. Эйдинов участвовали в создании подпольных организаций и партизанских отрядов на Витебщине. Во второй половине июля и в августе 1941 года ЦК направил через линию фронта в Витебскую область 20 групп. В Чашникский район ушла группа С. Е. Папкова, в Сенненский — П. И. Моргунова, в Оршанский и Дубровенский — Г. И. Гаранского, Г. Г. Амельченко и А. С. Шаченко. Такие же группы были посланы в Полоцкий, Сиротинский, Богушевский, Толочинский, Лепельский, Бешенковичский и Суражский районы.

Райкомы остаются на месте

Директива ЦК Компартии Белоруссии требовала создания троек — партийных центров по руководству борьбой населения с немецко-фашистскими захватчиками. И такие тройки, как указывалось выше, в большинстве районов области были созданы. Но жизнь есть жизнь, ее ни в какие директивные рамки не уложишь. Выполняя указания партии, коммунисты относились к ним творчески, проявляли инициативу.

Ранним утром 4 июля 1941 года состоялось заседание бюро Богушевского райкома КП(б)Б. Первый секретарь райкома А. К. Стельмах проинформировал о проведенном в Витебске совещании руководителей районов области, поставил вопрос о создании руководящей партийной тройки. Выступившие члены бюро Петр Макаренко, Ефим Прохоренко, Петр Ликсо, Иосиф Шквор, Леон Цуран заявили о своем желании остаться на месте и принять самое активное участие в борьбе с врагом.

— Нас избрали коммунисты, — говорил Петр Макаренко, — они доверили нам руководство жизнью района в мирное время, это доверие мы должны оправдать и в дни войны.

В таком духе высказывались все. Бюро райкома решило, что оно в полном составе переходит на подпольное положение и будет продолжать свою деятельность в новой обстановке. В принятом постановлении предусматривалось оставить для работы в тылу врага 60 коммунистов, создать в семи сельсоветах и районном центре подпольные парторганизации, сформировать партизанский отряд и скрытые боевые группы в деревнях, оформить подпольные комсомольские организации.

Подобное решение принял и Меховский райком партии. Он тоже целиком остался на месте. В подпольное бюро вошли секретари райкома И. Т. Гуцев, Е. И. Ерошенко, B. И. Израилит, председатель райисполкома К. Ф. Волков, начальник райотдела КГБ М. И. Дьячков, секретарь райкома комсомола П. А. Барановский.

Перед тем как противнику удалось захватить север Витебской области, члены бюро Россонского РК КП(б)Б собрались на экстренное заседание и единодушно утвердили подпольный райком партии в составе секретарей В. Я. Лапенко, C. П. Белого, В. Ф. Гудыно, председателя райисполкома Е. П. Василевича, заведующего райзо В. Петраченко и секретаря редакции районной газеты Е. Шестаковой. Райком рассмотрел вопрос о создании партизанского отряда и подпольных организаций, подборе связных.

Почти в полном составе работал в подполье Сиротинский райком партии.

Навыков подпольной борьбы ни у кого из партийных работников не было. Но все горели желанием бить врага, бить до полного его разгрома.

Опыт работы в условиях оккупации приходил постепенно, в повседневной борьбе. Было так. Когда враг ворвался в Богушевский район, по указанию райкома 18 коммунистов районного центра ушли в лес и образовали партизанский отряд. Во всех подпольных организациях с соблюдением строгой конспирации состоялись собрания. На них подпольщики дали клятву, текст которой утвердил райком, обсудили, что сейчас делать, как жить, как организовать и сплотить население, поднять его на битву с ненавистным врагом. Некоторым членам партии посоветовали жить легально, поступить в созданные гитлеровцами учреждения и организации, вести там нужную работу.

Руководитель подпольной организации коммунист С. Г. Филиппович устроился на железнодорожную станцию Богушевск, старательно выполнял свои служебные обязанности. В разговорах политики не касался, делал вид, что к ней безразличен. А подпольщики по его указанию сыпали в буксы паровозов и вагонов песок. К началу 1942 года группа Филипповича выросла до 27 человек. Особенно смело действовали М. Берашевич, Я. Кривошеев, Вера Приставка, Лидия Цуран. Фашисты расследовали каждый случай выхода из строя вагонов, порчи груза, видимо, догадывались, что это дело рук подпольщиков, но никого поймать не могли.

Подпольщица М. В. Сушкова работала в Богушевской районной аптеке и помогала медикаментами партизанскому отряду. Когда Филипповичу стало известно, что над Сушковой нависла угроза ареста, он пришел в аптеку и сказал Марии:

— Немедленно уходи в отряд.

С помощью Я. М. Кривошеева, М. М. Бондарева и работницы аптеки Шуры Гришановой Мария Сушкова подготовила и переправила в отряд все медикаменты. И сама осталась в отряде. На следующий день полицаи ворвались в аптеку, но кроме пустых полок и шкафов ничего не нашли. Через некоторое время они арестовали Шуру Гришанову. Ее долго допрашивали, истязали. Шура перенесла нечеловеческие муки, погибла, но друзей не выдала.

Райком партии старался всюду расставить верных патриотов. Однажды в отряд пришел Анисим Максак и сказал, что фашисты предложили ему стать старостой общины в деревне.

— Лучше умереть, чем быть предателем, — заявил он.

Секретарь райкома давно знал Анисима. В довоенное время Максак близко к сердцу принимал колхозные дела, болел за них душой.

— Немцы случайно наткнулись на тебя, они с таким же успехом могли назначить и другого, — пояснил Адам Константинович Стельмах. — Но нам не безразлично, кто будет возглавлять общину. Мы тебя хорошо знаем и поэтому предлагаем занять этот пост. Считай это поручением райкома партии.