— Твое желание использовать на себя заклинание не было только предлогом?
— Не было.
— Тогда расслабься и позволь мне сделать то, что я считаю нужным. Неужели я не заслуживаю твоего доверия?
И смотрит на меня вопросительно. Ничего не делает, просто сидит и смотрит. Но мне от этого стало так стыдно, что лучше уж пусть массаж. Медленно выдыхаю, закрывая глаза, и вытягиваю ноги.
Элтар делал массаж на стопы великолепно. Я не просто расслабилась, а уплыла куда-то в нирвану, покачиваясь на волнах непривычного удовольствия.
— А-а-а, — буквально подскочила я на диване, когда по телу от стоп к макушке пронеслась волна слабых электрических разрядов.
— А в конце тонизирующий эффект, — радостно заявил поднявшийся архимаг. — Заклинание помнишь?
Я повторила.
— А теперь на выдохе.
Выдохнула.
— Схему повторять нужно?
— Нет, — заверила я, на секунду прикрыв глаза и четко увидев требуемый образ.
— Тогда пошли пробовать еще раз, — заключил Элтар.
Снова стою в пентаграмме — направление выверено, руки сложены на сердце, глаза закрыты. Схема представлялась четко и теряться как прошлый раз не собиралась. Я выровняла дыхание, вспомнила как готовилась держать щит при последних ударах Кайдена, сосредоточилась и выдохнула заученное заклинание.
На несколько мгновений показалось, что меня пронизывает свежий ветер, такой, как бывает только после летней грозы, и все стихло.
— Поздравляю! — Радостно произнес Элтар. — Первый дополнительный год в твоем распоряжении.
И это было такое ощущение, что передать его просто нельзя. Я вышла из пентаграммы и от избытка чувств бросилась архимагу на шею, но он не дал обнять, придержав за талию.
— Не надо, пожалуйста, — уже не радостно попросил он. — Я же не просто так сегодня ухожу на всю ночь. Да и массаж этот… В общем лучше не надо. Не обижайся.
Потом мы стирали с пола символьную вязь. Точнее я стирала, а он контролировал баланс пентаграммы, не став объяснять, что это такое. Почти сразу после этого Элтар ушел, отправив меня ужинать в корчму и наказав:
— Скажешь Шраму, чтобы списал из моего аванса.
— Да у меня же есть деньги.
— Таль, не сравнивай свой заработок с моим и позволь немного о тебе позаботиться. Мне это приятно.
— Как скажешь, — не стала спорить я.
На том и разошлись. Я поела в корчме и отправилась к Рейсу. На месте того не оказалось, а сосед по комнате сказал, что он у Рамины. Там же обнаружились и все остальные.
— Нам дали конспект на декаду! — Поспешили с порога обрадовать меня. — Теперь надо его переписать успеть.
Конспект оказался довольно толстым.
— Вечером все свободны? — уточнила я и, получив положительный ответ, предложила, — тогда идем к нам и располагаемся на кухне. Там на всех места хватит.
— А как же мы с одного конспекта переписывать будем? — засомневался Марек.
— Я буду не только писать, но и диктовать.
На том и порешили. За вечер удалось переписать чуть больше пяти листов. Это конечно был далеко не дневник архимага, но диктовать схемы было невозможно, и поэтому на них тратилось много времени. При архимаге решили пока этим не заниматься, зато в обед можно было на полчаса пойти в библиотеку. У нас была цель, и мы к ней упорно шли.