— Из-за твоего дурацкого списка, полагаю. Или ты…
Ему было интересно, помогало ли это до списка, но даже он не был уверен, что готов к ответу.
— Или что?
— Или ты просто удосужился заглянуть глубже. Разглядеть за моими щитами, — сказала она.
— Так, для сведения, Максвелл ошибался по поводу того, что он тебе сказал.
Она покачала головой, закрыв глаза.
— Чья очередь?
— Моя, — ответил он, желая снова перевести разговор к ней. — Откуда у тебя взялись такие представления о себе? Зачем было возводить стены и притворяться?
Она пожала плечами.
— Не знаю. Может быть, наблюдая, как Хизер добивалась всего слезами, пока была ребёнком. Или из-за отвращения к тем женщинам, которые отказываются быть самостоятельными, тратя больше времени на беспокойство о тенях или цвете шиньона, чем о шестичасовых новостях.
— Я понимаю твою независимость и интеллект, Кэм. На самом деле, я это уважаю. Но зачем стены?
Глядя вниз, она опять пожала плечами.
— Я росла, только и слыша, как Хизер прекрасна. Как красив Фишер. Когда твои подруги приходят к тебе домой, просто чтобы попускать слюни на твоего брата, а твой кавалер с выпускного бала всю ночь приударяет за твоей сестрой, а затем уезжает с кем-то ещё, это оказывает определённое влияние на мысли девушки.
Как же он этого не знал? Всё прямо перед его носом, и всё же он не догадывался.
— Где твоя мама? — спросила она.
Он едва не получил травму позвоночника.
— Эм, она села в тюрьму, когда мне было два. За проституцию. Там она умерла от передозировки.
— Ты её помнишь?
— Нет. — И, возможно, именно поэтому у него не было чувств по этому поводу. — Сколько у тебя было мужчин?
Трой понятия не имел, откуда взялся этот вопрос, или почему он спросил, но неожиданно ему стало необходимо знать, относились ли к ней все парни так же, как Максвелл. Удосужился ли кто-либо из них показать свою любовь, или же они просто ушли, как и её чёртов кавалер с выпускного бала в средней школе.
— Два.
— Два, — повторил он чужеродное понятие. — Два, включая меня? — О боже, может ли такое быть, что он лишь второй мужчина, с которым она была?
— Три, включая тебя.
Обернувшись простынёй, она встала и прошлась по комнате, подбирая с пола трусики. Натянув их, Кэм отправилась на поиски пижамы. Она потрудилась взять только футболку, оставив боксёры на сумке. И пока он наблюдал, она повесила платье в гардероб, забралась обратно в кровать и легла на бок, лицом к нему.
— И ты обоих любила? — спросил он, ложась и глядя на неё. Он подпёр голову рукой.
— Обоих. Я не занимаюсь сексом, если… — Она резко замолчала и прикрыла рот рукой. — Что ж, полагаю, я всё же занимаюсь сексом без любви. Или только в этот раз. Я имею в виду, я не люблю тебя. Знаешь, не так.
Если бы его так не забавлял её лепет, он мог бы оскорбиться. И обидеться.
— Как «не так»?
— Не тем видом любви, подразумевающим покупку автомобиля и совместное пользование банковским счётом.
Он уставился на неё. Либо этот список ничему её не научил, либо она лжёт.