Стоя спиной к ней, он мог слышать, как она идёт к дивану, чтобы схватить сумочку, а затем — поворот ручки его входной двери. За двадцать лет, что он знал Камрин, он никогда не слышал, чтобы она о чём-либо просила, даже о помощи. Особенно о помощи.
Ни тогда. Ни сейчас. Никогда.
Это должно было быть так унизительно для неё, прийти к нему, в особенности по поводу чего-то вроде этого. А он просто чертовски её смутил. После всего, что она для него сделала…
— Я сделаю это, Кэм. — Он повернулся и посмотрел на неё, когда она остановилась. — Я сделаю всё, что тебе понадобится. Обещаю.
Она глянула на свою руку на ручке двери и кивнула, но ничего не ответила, перед тем как уйти.
Он уставился на дверь. Провёл рукой по волосам. И ещё раз посмотрел на дверь.
Наконец, он вытащил свой сотовый.
— Небольшое предупреждение не помешало бы, Хизер! — Его голос прозвучал немного резче, чем он хотел, но он только что три раза был потрясен в течение всего лишь двадцати минут.
— Знаю, знаю. Но Кэм бы меня убила. — Она остановилась, чтобы дать ему возможность высказаться. Он молчал. — Ты… сделаешь это?
Он снова посмотрел на дверь.
— Да.
— Спасибо, Трой.
Голос Хизер стал слезливым, так что он шлёпнулся на диван и глотнул своё пиво.
— Тот парень, с которым она встречалась, Максвелл, он вроде как подложил ей свинью.
Никто и никогда ничего такого не делал Камрин. Она бы никогда этого не позволила.
— Как так получилось?
— Не говори ей, что я тебе что-то сказала, ладно? Её только…
Трой поставил пиво и подался вперёд.
— Только что, Хизер?
Она молчала достаточно долго, чтобы заставить его волноваться.
— Её уволили, и она обнаружила, что ей придётся переезжать — и все это в течение одного дня. Она возвращается домой. Это, наверное, убивает её.
Ага, он знал. Лиши Камрин контроля и независимости, и у неё ничего не останется.
— Какое отношение это имеет к её бывшему?
— Он порвал с ней прямо перед её увольнением. Наговорил всякого…
Трой встал, от напряжения сильно стиснув челюсти. Если этого было достаточно плохо, чтобы расстроить Хизер, то он мог только представить, каково было Камрин.
— Что он сказал?
— Я просто думаю, что она нуждается в моральной поддержке. Скажи ей, что она красивая. Если кто и сможет это сделать, так это ты.
Камрин не была одной из тех женщин, которых мужчины должны были успокаивать. Говорить пустые, бессмысленные слова. Он был вполне уверен, что Кэм врезала бы ему, если бы он решился. Хизер это тоже знала. И они определённо не были настоящей парой, так что же, чёрт возьми, произошло, раз Хизер захотела вмешаться?
— Хизер, что он сказал?
Она замолчала. Вздохнула.